Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Выйдя из кареты следом за госпожой, Хенни лениво потянулась, потом шумно перевела дыхание.

Вскоре появился кучер.

— Леди Уэррен, — заговорил он, отвесив короткий поклон. — Боюсь, у нас возникло затруднение. Одна из лошадей потеряла подкову и может охрометь, если мы продолжим поездку.

Ну разумеется. Затруднение, как же иначе. В последнее время вся жизнь Евы складывалась из одних затруднений.

— Мы далеко от Дамаск-Мэнор?

— Добрых двадцать минут езды, не меньше.

Значит, пешком добираться вдвое дольше. Ева могла бы дойти — видит бог, когда-то, целую вечность тому назад, она была деревенской девчонкой, но Хенни… При ее возрасте и комплекции подобное путешествие просто немыслимо.

Оглядевшись вокруг, Хенриетта приняла командование на себя.

— Вижу, вон из той трубы идет дым. — Она указала пальцем на дом неподалеку. — Схожу-ка я за помощью. Может, какой-нибудь фермер одолжит телегу. Я не прочь размять ноги, а то эти церковные скамьи ужас как тесно составлены. Сидишь точно в колодках.

Ева нерешительно пожала плечами.

— Что ж, если ты настаиваешь. Думаю, хуже не будет.

Хенни поплелась прочь. Взобравшись по склону, она перевалила через небольшой холм, спустилась в долину и побрела по узкой протоптанной тропинке к одному из живописных крохотных домиков, над крышей которого курился уютный дымок.

Над безлюдной дорогой повисла тишина. Лишь изредка слышалось, как переступают копытами лошади да тихонько переговариваются кучер с лакеем. Больше здесь не было ни души. Ева снова обвела глазами деревья и вздрогнула.

Из-за ствола дуба выглядывал маленький светловолосый мальчуган. Он смотрел на Еву внимательно, без смущения, с серьезным лицом, как умеют смотреть дети.

Скосив глаза к переносице, Ева состроила устрашающую гримасу. Мальчишки обожают корчить рожицы, да и она любила подобные забавные выходки. Ей нравилось смешить.

Паренек довольно захихикал. Во рту у него не хватало передних зубов, и почему-то эта щербина неожиданно тронула ее. «Должно быть, ему лет семь или восемь, — подумала Ева.

— Шеймус в этом возрасте был настоящим дьяволенком в коротких штанишках. Впрочем, длинные брюки нисколько его не исправили».

— Пауки гадкие, а вовсе не красивые, — проговорил малыш.

Ева привыкла иметь дело с мальчишками и знала, что мысли их вечно перескакивают с одного на другое.

— Ну, об этом мне мало что известно. Но, думаю, что пауки-мальчики находят пауков-девочек красивыми.

Это утверждение показалось пареньку забавным.