Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

От этого непомерного блеска потемнело в глазах, в них заплясали какие-то темные точки, спирали, и Маша, закрыв глаза ладонями, зашаталась и чуть не упала от внезапного головокружения и тошноты. Ей показалось, что она слепнет. В тот же момент она почувствовала, что ласковые руки обняли ее и удержали от падения.

– Прости, дорогая! – Теплые губы коснулись ее виска. – Я совсем забыл предупредить тебя, чтобы ты не смотрела на снег. А сейчас успокойся, закрой глаза, дай им немного отдохнуть.

Маша послушно закрыла глаза.

Ей казалось, что под ресницы набились сотни острых песчинок, по щекам поползли слезы.

– Что со мной? – спросила она.

– Ослепление снегом, или снежная слепота, – пояснил Митя и вытер носовым платком текущие по ее щекам слезы. – Не ты одна попалась, вон и Антона Васена лечит...

– Сейчас я и вам помогу. – Васена подошла к Маше и принялась массировать ей веки холодными сильными пальцами. Они были покрыты каким-то веществом, мягким и немного колючим.

– Что это, Васена? – спросила ее Маша."

"– Древесная зола из костра.

Я на всякий случай с собой прихватила. Она немного предохраняет от блеска. Я слышала, так контрабандисты поступали, когда через снежники ходили.

Через некоторое время Маша открыла глаза и, к своему облегчению, обнаружила, что видит, хотя и не так отчетливо, как прежде. Она посмотрела на своих спутников и не выдержала, расхохоталась. Лица всех троих украшали широкие черные полосы, и выглядели они почти как американские дикари, вышедшие на тропу войны.

– Нужно сделать капюшоны из одеял и прикрыться ими от блеска, иначе мы все ослепнем, – предложил Митя.

Действительно, это было весьма разумное решение, и самодельные капюшоны помогли им отгородиться от беспощадных солнечных лучей. Через час они миновали снежник и вышли на точку, с которой хорошо был виден перевал, до него оставалось совсем немного – версты две, а то и меньше.

Теперь можно было позволить себе небольшой привал. Маша с трудом опустилась на колени, чувствуя, как тело наливается тяжестью. Впервые в жизни она так устала.

Рядом как подкошенный рухнул Антон. И ему дались нелегко эти немереные версты по ненадежной тропе и снежной целине, грозящей не меньшими опасностями.

Митя присел на камень рядом с Машей и коснулся рукой ее плеча:

– Не расстраивайся! Сейчас отдохнешь немного, и все пройдет. Эта усталость от высоты и недостатка воздуха. Я тоже чувствую себя так, будто меня хорошенько отходили палками.

Маша закрыла глаза и положила голову на Митины колени.