Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но выгорание не всегда влечет за собой смерть…

– Мисс Ваерти, что происходит? – вероятно, мистер Оннер был встревожен моей реакцией.

– Чудовищное… – прошептала я.

Допустив ужасную мысль – что если Вильгельм Дайрел захоронил вовсе не умершего отца? Император был сильным и опытным магом. Очень сильным и весьма опытным. Так мог ли он погибнуть от выгорания? Маги с уровнем выше десяти единиц от выгорания погибают редко, крайне редко – уровень императора составлял четырнадцать единиц.

Невероятно для человека, но этот факт был неоднократно зафиксирован. А значит, вполне можно допустить мысль, что у Эдуарда, как и у большинства магов с уровнем выше десяти единиц, имелся способ препятствующий выгоранию. И летаргия – один из подобных способов, ввергающий мага в состояние, при котором замедляются все процессы организма, позволяя восстановить магическую энергетическую составляющую.

Так могу ли я предположить, что император жив?

Это воистину невероятно, но… как иначе объяснить захоронение на глубине двадцати метров?!

– Мисс Ваерти, зачем мы здесь? – напряженно спросил мистер Оннер.

– Я планировала получить ответы на вопросы, – тихо ответила, опуская руки. – Но, кажется, я оказалась в нужном месте и в весьма подходящее время. Мистер Оннер, отойдите как можно дальше, здесь сейчас станет… небезопасно.

И стянув вторую перчатку, я раскинула руки, призывая всю магию лорда Арнела, которой могла оперировать на максимуме своих возможностей.

И голубое сияние начало расходиться от меня, от моих рук, на удивление, формируясь в крылья дракона. Красиво…

Так отчаянно красиво…

Но я вдыхаю еще магию. Еще и еще! Снова и снова! До головокружения. До вызывающей помутнение в глазах от боли в груди. До максимума.

И вместо Воззвания я использую Зов.

– Vocantem!

Заклинание ударяет всплеском магии, разнося купол усыпальницы, сметая гробницы императрицы-матери и первой императрицы.

Над резиденцией мгновенно вспыхивает тревожное алое сияние, раздается звук сирены, слышны голоса, отрывистые команды военачальников, топот многочисленных шагов.

Но я вкладываю себя до капли, и повторяю сотрясающее:

– Vocantem!!!

Господь милосердный, если я выживу после всего этого, я займусь вышиванием и пирогами, я буду проводить уютные вечера перед камином с книгой, и клянусь, это будет Библия.