Горькая полынь моей памяти читать онлайн

Перегибал ли Арслан в строгости в отношении дочерей? Когда-то Дамир считал, что да, а сейчас остро почувствовал, как беззащитна эта рыжулька, с её наивным, васильковым взглядом и серьёзным заявлением «мама не велит».

– Это твоя машина? – уважительно пропищала дочка Эли.

У неё есть дочь… невероятно. Ребёнок… Эля - мама…

– Моя, – Дамир решил не уточнять, что автомобиль родственника.

– Красивая, – девочка уважительно кивнула, устраиваясь на заднем сидении. В куртку Дамира, в которую он закутал девочку, она вцепилась мёртвой хваткой, видимо, всё-таки замёрзла, сидя в спортивном зале.

Эля пристроилась рядом с дочерью, ошарашенно оглядываясь по сторонам. Чертовски хотелось спросить – неужели в том борделе, где подрабатываешь, нет состоятельных клиентов? Хотя, судя по внешнему виду…

Что он делает? Что творит? Почему? Всевышний, почему?! Хотелось выйти из машины, рухнуть на колени и выкричать, выорать из себя всю ту боль, что вернулась ему сторицей, со всей широтой поморской, свободолюбивой души, швырнув ему в руки Элю, Элеонору, девушку, названную в честь Элизабет Тейлор, некогда считавшуюся его женой.

– Меня Серафима зовут, – представилась рыжулька. – В честь Серафима Саровского, это такой святой чу-до-творец! Мама сказала, когда она заработает побольше денег, мы с ней съездим к нему в гости, в монастырь. Я поставлю боженьке свечку, попрошу боженьку, чтобы мама никогда не болела, и я не болела! Никто-никто не болел, даже кирпич.

Пока Дамир приходил в себя от новости, что Серафиму назвали в честь чудотворца Серафима Саровского, а Эля обещала свозить ребёнка в монастырь, «поставить боженьке свечку», сама Серафима разразилась отчаянным плачем и требованием какого-то кирпича.

– Кирпич, мне нужен кирпич, где кирпич, – ревела рыжулька, испытывая терпение мамы и Дамира, уже готового биться головой о руль. – Кирпич!

– Эля, принеси ей кирпич! – завопил мужчина в отчаянии, останавливаясь у какой-то кучи кирпичей, брошенных нерадивыми хозяевами у дома, в частном секторе города.

– Где? – Серафима подскочила на сидении и уставилась в окно, впечатываясь носом в стекло. – Здесь нет кирпича! – категорично заявила девочка, снова заревев.