Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но мы находились очень далеко от моей страны.

– Для чего ты купил ее? – продолжал расспросы Илкер. – В качестве наложницы? Или для работы по дому? Насчет работы не знаю, но в постели она должна быть неплоха, в ней чувствуется темперамент. Правда, это может создать и проблемы. Но две-три порки, без сомнения, их решат. Или у тебя какие-то другие планы на ее счет?

Я усиленно боролась с собой, стараясь, чтобы ненависть не проявилась в устремленном на ковер взгляде, но это не помешало мне расслышать, как усмехнулся рядом раб Илкера.

Это заставило меня лишний раз почувствовать, что местные рабы и рабовладельцы по-своему заодно, и укрепиться во мнении, что мне не следует отождествлять себя с арканзийскими невольниками и водить с ними дружбу.

Меж тем Данте равнодушно пожал плечами.

– Я пока не решил, для чего буду ее использовать, – ответил он.

– Но для чего-то ведь ты ее купил? – удивился Илкер.

– Для чего люди обычно покупают иностранные диковинки? – отозвался Данте. – В поездке мы все покупаем то, что распространено там, где мы гостим, и является редкостью у нас.

Из Галлиндии обычно везут жемчуга, фарфор и лекарственные травы. Из Арканзии – ковры, специи и рабов.

– То есть ты приобрел ее в качестве сувенира? – понимающе спросил Илкер.

– Что-то в этом роде, – подтвердил Данте. – Но не только. В моей стране рабы, как ты знаешь, редкость. Так что красивая рабыня в армоне – это показатель высокого статуса.

– То есть это дело престижа, – покивал Илкер. – Что ж, одобряю. Полностью одобряю.

Я грешным делом хотел предложить перекупить ее у тебя: что-то в этой иноземке есть… Но раз такое дело… Твоя причина важней.

– Увы, Илкер-бек, моя рабыня не продается, – покачал головой Данте, и в этом движении мне почудилась излишняя резкость. Излишняя, учитывая, что собеседник и так уже отступился от своей идеи.

Впрочем, мне сейчас могло почудиться все что угодно. Услышанный разговор был настолько унизительным, что руки ощутимо дрожали, а перед глазами плясали темные круги ярости.

– Что ж, полагаю, нам пора идти, – заметил Данте.

– Время не ждет. Чем скорее мы отправимся в путь, тем большее расстояние сумеем преодолеть за сегодня. Если не ошибаюсь, до Бертана нам добираться около двух дней.

– Совершенно верно, дон Эльванди, – подтвердил Илкер."

"Я понятия не имела, что такое Бертан, но это не слишком меня интересовало. По едва заметному знаку Илкера раб подбежал к нему и помог подняться на ноги. Данте и Ренцо, к счастью, встали самостоятельно.