Утром, когда Крячко пришел в кабинет, на его столе лежала записка с просьбой зайти в отдел криминалистики и забрать готовые заключения. Станислав изучил все записи и, в принципе, остался доволен результатами. Хотя судмедэксперт не написал в своем заключении ничего нового, да и баллистическая экспертиза только подтвердила, что стреляли в замминистра из того же оружия, что и в остальных Данилиных, но интересным Крячко показался тот факт, что на притоптанной траве, где предположительно стоял убийца, была найдена капелька крови.
Совсем маленькая, но вполне достаточная, чтобы определить группу крови. А группа эта оказалась весьма редкой – четвертой отрицательной. Специалисты, отдавая Крячко заключение, заявили, что отдали образцы крови в биолабораторию на выявление ДНК, но анализ будет готов только через две недели. Но и то обстоятельство, что теперь следствию была известна группа крови убийцы, давало надежду на то, что дело стронулось с мертвой точки.
Глаза при чтении нудных отчетов закрывались у Станислава сами собой, и ему приходилось время от времени тереть их, чтобы отогнать накатывающую дрему.
Ночью он практически не спал, пытаясь понять, что же привлекло его внимание на тех видеозаписях, которые выслал ему Гуров. Отрывочные, небольшие по времени видеозаписи, ставшие таковыми после обработки специалистов, он гонял по нескольку раз. Но в конце концов он понял, что именно его смущает. Родинка! Она то появлялась на щеке невесты, то пропадала. Сначала он даже подумал, что это какое-то пятнышко на объективе, но нет.
В трех из пяти случаев родинки не было. И что самое интересное, не было ее и на кадрах, где жених упал рядом с Ариной после выстрела в голову. А вот на кадрах во время бракосочетания, то есть еще в самом начале свадебной церемонии, родинку на правой щеке было очень даже отчетливо видно. И на том размытом кадре, где отчетливо была видна только часть лица незнакомки, была отлично видна родинка на щеке, весьма схожая с родинкой невесты.
Это обстоятельство и не давало Крячко покою.
Ему хотелось поделиться своими мыслями с Гуровым. Утром он пытался дозвониться до Льва Ивановича, но его телефон был вне доступа сети, и теперь, просматривая отчеты, Станислав постоянно посматривал на часы и думал: «Наверняка опять забыл зарядить телефон». Оставалось надеяться, что Лев Иванович перезвонит ему сам, когда увидит неотвеченный вызов.
Внезапно на столе зазвонил внутренний телефон, и Крячко снял трубку.
