Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Возможно это так, — я постаралась изобразить улыбку тем, что осталось от губ, — но от кого мы узнаём об этой роли?

Блондин удивлённо поднял бровь, и я пояснила:

— У великой матери есть планы, но ведомы они только ей самой, — я вдруг по наитию выстрелила наугад, — Стоит ли слушать того, кто возможно даже не смотрел в бездонную ночь глаз Старухи и Девочки? Кого не опутывали нити великого веретена? Кто не касался останков Великого Змея?

Тьюзак побелел и сделал шаг назад, опрометью бросился из комнаты.

Неужели я перестаралась? Описание образов богини из снов и видения её ипостасей, явленные мне в изнанке, показались мне хорошим куском Тайного Знания, которым можно помахать перед молодым посвящённым. Но если он побежит и расскажет об этом Карионе…

«Нет, не побежит,» — подумала я, — «потому что если бы он был уверен в её правоте, то не затевал бы этих разговоров.»

Успокоив себя таким образом, я начала подготовку к плану, который стал формироваться в голове.

Удача всё же была на моей стороне.

Кариона, пришедшая утром для нового сеанса наблюдений за моими мучениями, не демонстрировала никаких признаков осведомлённости о том, что я сказала неофису. Я выдержала ещё один день пыток и на закате убедилась, что мой собственный эксперимент тоже удался. А когда пришёл Тьюзак с порцией крови, поняла, что и эта ставка сыграла:

— Ты говоришь о том, чего не может знать непосвящённая, — сказал он, когда мы остались одни, — откуда тебе известны такие вещи?

Я покачала головой.

Пусть немного поломает голову. Впрочем, кое-что сказать, наверное, можно:

— Когда мы боролись с Проклятьем Чёрной Крови, мне было явлено много видений.

— Это в Кедании пять лет назад? — блондин кивнул, — Я слышал об этом. Достойная цель, достойные люди. Помощь королю-традиционалисту, который свято следует законам Матери – это очень достойное деяние.

— И, как и любое достойное деяние, не остаётся безнаказанным, — улыбнулась я в ответ.

Блондин кивнул и пошёл к двери. Взявшись за ручку, он замер, поклонился и произнёс:

— Миледи, — и с этими словами вышел из камеры.

Следующие несколько дней наши краткие диалоги в основном заключались в обоюдном прощупывании собеседника. Я старалась не давить, понимая, что для самого реалистичного из оставшихся планов, Тьюзак мне понадобится. Хотя, честное слово, после очередного аутодафе мне очень хотелось, чтобы блондин соображал побыстрее.