Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ладно, неважно, — я вздохнула и провела рукой по волосам, походя отметив про себя, что их неплохо бы помыть, — послушай, а что вы решили с… мёртвыми делать?

Я понизила голос, но Раско всё равно вздрогнул, опустил взгляд на свои запылённые башмаки и пробормотал:

— Закопаем на погосте за церковью, что ещё делать? Старик Милош, который камни могильные режет, уже пошёл заниматься. У него дочка с зятем под чары этой суки попали, так что пусть делает – хоть руки на себя не наложит. Ну а мы пойдём копать, наверное. Оттащим тела поближе к церкви и начнём, я думаю.

— Я помогу, — сказала я раньше, чем успела подумать, и поймав взгляд старосты, потупилась, — Просто… я тоже должна что-то сделать.

Староста кивнул, глядя мне в глаза, а потом осторожно положил руку на плечо:

— Не вини себя, девочка, не стоит. Мы должны были вас послушать ещё тогда, у ворот.

Я благодарно кивнула и тихо сказала:

— Может и так, но я всё равно должна это сделать.

— Лишние руки лишними не будут, — пожал плечами староста и добавил, — спасибо.

Устроив обход раненых и наложив пару раз исцеление ран, я заглянула к шаманам на кухню, чтобы сказать куда иду. Хлопотавшая с ними вместе Тина попросилась со мной. Я не стала отговаривать.

Сначала нужно было снести трупы к церкви. Этим скорбным делом мы занимались в молчании. Женщины таскали по трупу на двоих, мужики делали то же самое. Мы с Тиной могли таскать по два за раз, благо rigor mortis ещё не схватил тела. Я старалась не вглядываться в изуродованные мукой и смертью лица, но всё равно по характерным следам когтей частенько понимала, кто именно отправил того или иного селянина на тот свет.

Восемьдесят семь тел мы перенесли к церковному погосту. На это у нас ушла пара часов, после чего мы начали копать могилы. Рядами, отступив на метр одна от другой. Этим тоже занимались молча.

Лопаты вгрызались в подмерзающий грунт с заметным трудом. Земля была настолько твёрдой, что мне пришлось извлечь из кольца жезл (про который я, естественно, забыла в суматохе боя) и выставив его на зональное воздействие, хорошенько прогреть место работы.

И всё равно скорбный труд выжившим жителям села давался тяжко.

Потом пришла пора похорон. Гробов в нужном количестве, конечно, не было, как и саванов, так что мы просто клали трупы в яму и засыпав землёй, помечали дощечкой с нацарапанным именем погибшего. Иногда, когда доходило до родственников выживших, с их стороны раздавался тихий плач, тогда Раско подходил к плачущему и как мог утешал.