Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ночью?

— В частности.

— Чем ты занимаешься?

— Если я скажу не совать свой нос туда, куда тебя не просят, ты ведь все равно не успокоишься?

У меня от его ответа все леденеет внутри. Покрывается коркой.

— Давай так. Я знаю, что ты виделась с подружкой своей. Если она тебе что-то сказала, все равно не суйся туда, куда тебя не просят. Я отчитываться не буду. У меня без этого дохуя проблем.

Я затыкаюсь, хотя злость никуда не ушла. Она, наоборот, бурлит еще сильнее, ядовитыми щупальцами пробирается в каждую клеточку тела.

Только вот проблема в том, что он тоже зол. Сначала был недоволен, а теперь сжимает крепко челюсти и смотрит так, что до костей пробирает.

— Она сказала, ты не простой бизнесмен.

— Так и есть, — даже не пытаясь врать, подтверждает.

— Все то, что говорят — правда?! — ахаю в ужасе.

— Я не знаю, что говорят.

— Что ты продаешь оружие, наркотики и… людей.

Он вскидывает на меня взгляд, так внимательно и пронзительно смотрит, что я чувствую острый удар в сердце. Прямо туда, где всегда есть для него место.

Но ему словно плевать. Вслед за взглядом он бьет словами:

— Даже если и так, тебя это никак не касается.

— Хорошо, — резко соглашаюсь и пячусь к двери.

— Дария, — Рустам встает, я выставляю руку вперед и нащупываю другой ручку двери.

— Не надо, я поняла, меня не касается.

Выбираюсь в коридор и бросаюсь в свою комнату. Скрываюсь за дверью, закрываюсь на ключ, словно Рустам собирался за мной идти.

Не знаю, сколько сижу, поджав под себя колени. Слез нет, они словно высохли.

Размышлений сегодня много. Кто я здесь, для чего? И что дальше? Его посадят за решетку, а на меня будут смотреть, как на жену преступника? И что я должна буду делать? Последовать за мужем, ждать его, как послушная? Я бы, может, и ждала… но он вредит невинным. А если представить, сколько горя может принести то, чем он торгует. Мурашки по коже.

Стук в дверь заставляет вздрогнуть. Я почему-то даже с ногами забираюсь на кровать и отползаю подальше, словно человек по ту сторону эту самую дверь будет выламывать.

— Дария, если хочешь поговорить, сейчас есть возможность. Потом я уеду на несколько дней.

Остаюсь на месте, вижу, как опускается ручка. Дергает несколько раз дверь. Не знаю, что чувствует, может, то же самое, что и я? Хотя вряд ли. Я чувствую себя преданной. Лучше бы и дальше спал со своей профессионалкой в продольном шпагате, а меня оставил в покое, чем так. Равнодушие его убивает, потому что все, что было прежде, я себе надумала.