Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Это что, любовь такая, что человек сам себя осознавать перестает и реальность не замечает? Или это амбиции?

Она вернулась в свою комнату, но вскоре пришла служанка и сообщила:

— Его Сиятельство вернулся из поездки и хочет видеть вас немедленно в своем кабинете.

Элиза попросила ту провести ее к кабинету, расположение которого она еще не знала и девушка сопроводила ее до нужной двери.

Несмело входя в кабинет, девушка увидела мужа, сидящего над бумагами за рабочим столом. Он уже снял верхнюю одежду и камзол и сидел в черных кожаных брюках для верховой езды и светлой рубашке, верхние пуговицы которой были расстегнуты.

Он явно наслаждался тем, что, наконец, дома и может стянуть с себя лишнюю одежду и хоть немного расслабиться, хоть и погрузившись в чтение документов.

Девушка невольно залюбовалась мужем. Ему очень шла эта одежда и тонкая рубашка лишь подчеркивала широкий разворот мускулистых плеч. И ей до безумия захотелось обнять эти плечи, прижаться к его груди, а потом обвить крепкую шею руками и целовать, целовать, целовать… Но девушка одернула себя — муж занят работой, не может же она отвлекать его.

Патрик поднял лицо от бумаг и, увидев ее в проеме двери, вдруг светло и радостно улыбнулся. И морщинка на его переносице вдруг разгладилась, а глаза стали теплыми и такими родными, что когда он сказал: «Иди ко мне», Элиза уже стремилась навстречу ему, в такие любимые объятия.

Она подошла и не успела даже пикнуть, как большие сильные руки подхватили ее и усадили на колени мужа, крепко прижимая девушку к его груди.

И она все-таки сделала то, чего так хотела: прижалась своими губами к его губам.

— Сладкая моя! — пробормотал муж, едва оторвавшись от ее губ, и провел ладошкой по ее щеке.

— Устал? Голоден? — заботливо спросила Элиза.

— Голоден, — согласился он."

"— Я сейчас попрошу подать обед, — собралась уже бежать на кухню девушка, как муж ее остановил.

— Я не хочу обед. Я хочу тебя.

Он смотрел на нее и в его глазах действительно был голод.

— Ненасытный, — нежно сказала она ему, — ты же только утром…

Договорить он ей не дал, снова впиваясь своими губами в ее сладкий ротик. Одной рукой он все еще обнимал жену, в то время, как другая уже скользила по ее ноге, задирая подол домашнего платья. Добравшись до края ее панталон, он слегка рыкнул и прошептал ей в губы:

— Милая, давай, если я зову тебя в свой кабинет, ты будешь приходить ко мне без нижнего белья.

— Хорошо, — покорно ответила Элиза.