F20. Балансировать на грани читать онлайн

А мне нужно довести дело до конца. Прямо сейчас. Я кричу об этом."

"Стучу головой о каменный пол и кричу. А вот и влага – липкая кровь крупными каплями струится по лицу, и от каждого удара головы о плитку её становится всё больше. Кровь повсюду. Тёмная густая жидкость, избавившись от которой, я наконец добьюсь желаемого.

А я кричу, понимая, что сделал. Я только что убил свою жизнь, свою Алю.

Перед глазами вспышки и пятна. Откуда-то издалека доносится испуганное: «У него рецидив», а затем «Кто-нибудь, хватайте его!», «Дайте успокоительное!», «Помогите, у парня острый психоз, срочно!»

Но это всё где-то вдалеке, а я в своём собственном аду.

Горю, но не умираю, понимая, что Алю не вернуть. Что отец мог ей помочь, но я, не дождавшись, принял решение за всех. А потом я слабею, не способный более сопротивляться санитарам и лекарствам. Проваливаюсь в темноту, мечтая больше никогда не проснуться.

* * *Не хочется уходить из палаты. А затем, спустя полчаса, невыносимым кажется возвращение с прогулки.

День за днём перед глазами бледные стены, в голове идентичные мысли и единственная цель, как маяк в густой, непроницаемой темноте, за которым следуешь, только в моём случае не для того, чтобы спастись, добравшись до берега, а чтобы разбиться об него вдребезги. Скорее бы.

За металлическим забором психиатрической клиники, в которой меня пытаются заставить захотеть жить в течение последних недель, не теплее, чем на её территории. И бледное, затянутое серыми облаками солнце светит одинаково, и грязный подтаявший снег под ногами скрипит ничуть не лучше.

В палате, ставшей моей клеткой, тепло, особенно если сесть у батареи. Кормят. Собственно, нет никакой разницы между жизнью в пределах клиники и на свободе. Впрочем, моего мнения пока никто не спрашивает, о выписке не может быть и речи. Врачи надеются победить болезнь. Болезнь? При этих мыслях мы с бесами хохочем в полный голос.

Отец оказался более значимой шишкой, чем я мог предположить. Место моё, как верно заметила Алина мама, в тюрьме или на электрическом стуле, но никак не на койке в углу небольшой палаты на три человека, где я неподвижно сижу, поджав ноги, дни напролёт.

Я много раз просил врача устроить встречу с прокурором, безуспешно требовал выделить мне карандаш и бумагу, чтобы написать признание, но Игорь лишь кивает и продолжает задавать вопросы, не относящиеся к делу.

Почему они ведут себя так, словно Али никогда не было? Улыбаются.