Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Неясно: то ли шерсть, то ли роговая структура. Я не видел близко, но даже на расстоянии было понятно — это не просто болезнь. Это не мутация. Это что-то другое.

И вот теперь я был уверен окончательно: я не в своём мире. У нас такого говна не водится.

И тут тот самый мальчишеский максимализм опять взял вверх. Я не выдержал. Выдохнул сквозь сжатые зубы, почти шепотом:

— Ты что… или кто, блядь, такое?

Глава 3: Я просто тронул, честно

Мгновение — и тишина. Не снаружи — внутри.

А потом я осознал, что только что что-то сказал.

Голос. Молодой — что, впрочем, ожидаемо. Не сиплый, не простуженный, не прокуренный. Даже чем-то похож на мой прежний. Сушняк — да, присутствует, но без трагедии. Ни тебе кома в горле, ни сипения, ни этой обязательной сцены из всех книг и манг, где герой просыпается и хрипит, как умирающий дед.

Я даже поймал себя на мысли: а где, собственно, клише? Где надрыв, где дрожь, где попытка выдавить из себя звук, будто я три года молчал в саркофаге? Нет. Просто встал. Просто сказал.

И, что странно — уверенно и спокойно.

Словно я вовсе не вывалился из другого мира и не провалялся в коме, а просто проснулся. Даже где-то внутри я ожидал этого сценического клише — надрыва, сипа, дрожи. Но их не было. Всё было… естественно.

Всегда ненавидел эту фальшь в книгах. Ну не так это работает.

Значит, связка ""я+тело"" синхронизировались. Но не только тело — и сознание.

Я начал думать иначе. Не кардинально — но определённо моложе. Как будто сбросил лет двадцать пять. А если быть честным — все тридцать.

Потому что в десять я уже мыслил, как взрослый, с этим своим вечным рациональным перекосом.

Теперь же — мысли скачут, гормоны дергают, и, честно говоря, каждый раз, когда эта девушка подходила ко мне… да, начинались мысли. Мысли, которых в прежней жизни я давно не испытывал. И вот опять. Думаю, как подросток. О девушках. О вещах, о которых давно не думал. Возможно, срабатывает биология. А может, и остатки характера этого тела.

Кстати, про девушку. Она ведь просто стоит и смотрит на меня.

Улыбнулась даже. Не испугалась. Не убежала. Не потянулась за ножом. Что-то в этом странное. Я бы на её месте точно… Ну, впрочем, неважно.

И тут — новое ощущение. Моё тело… обиделось. Да-да. Не на девушку. На меня. Потому что, как оказалось, вся моя пафосная “резкость” и “молниеносность” встать и повернуть голову — для тела были черепашьим марафоном. Оно знало, что может быстрее. Точнее. Резче. А я… мешал. Задерживал.

И вот теперь в голове начинается бардак.