Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Они поздоровались почти в унисон, слаженно, словно отрепетированно: — Доброе утро, господин.

Кабан был в тяжёлой броне с усиленными пластинами, подогнанной под его массивную фигуру. За спиной — широкий артефактный меч, на груди закреплён АК-12 с подствольником. Алексей носил облегчённый бронежилет с интегрированной магозащитой, за спиной — компактный арбалет с укороченным плечом, на ремне — М4А1. Вадим был одет в стандартную форму дружинника: плотная тёмная ткань, разгрузка с ровно уложенными подсумками, жилет обычного класса защиты, без эмблем рода, на бедре — кинжал, в руках он держал АК-105.

Видно было, что снаряжение почти новое — ремни ещё не успели примяться.

Макс, стоявший чуть в стороне, выделялся на их фоне. На нём была простая чёрная футболка и нагруженная разгрузка, на плече висел АК-15, а за спиной на поясе — массивный кинжал, который для него выглядел как обычный нож, но для любого другого был бы почти мечом.

Я непроизвольно задержал взгляд на его снаряжении, и Макс заметил это.

"— На складе нет ничего, что прочнее моей кожи при моём ранге, — усмехнулся он, — так что тратить броню на меня — только груз лишний таскать.

Двор гудел и жил своей жизнью: кто-то таскал ящики с боеприпасами, кто-то проверял крепления, слышался звон инструмента и запах машинного масла. Кабан легко переставил тяжёлый ящик ближе к кузову, Алексей проверял натяжение тетивы арбалета, Вадим щёлкнул затвором и защёлкнул магазин.

— По местам, — скомандовал Макс.

Вадим сел за руль, рядом с ним устроился Максим Романович.

Толик и Алексей запрыгнули в кузов, проверив оружие. Я занял место в кабине, чувствуя, как пикап подо мной слегка покачнулся.

Двигатель загудел низким, уверенным басом, и мы выехали со двора. Колёса перекатились по старой булыжной брусчатке, тянущейся от центральных ворот поместья к выездной арке. Слева виднелись аккуратные ряды хозяйственных построек, справа — огороженные тренировочные площадки. За аркой дорога делала лёгкий поворот и выводила к основной трассе.

Минут через десять после выезда, когда последние строения поместья скрылись за поворотом, пикап мягко перешёл с ровного асфальта на широкую, утрамбованную щебёночно-песчаную дорогу. Машину не трясло — дорога была добротной, хоть и без излишеств. По обе стороны тесно стояли сосны и ели, их стволы тянулись вверх, заслоняя небо. В просветах мелькали тёмно-зелёные пятна мха, а из-под колёс поднимался терпкий запах смолы и влажной земли.