Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

От столкновения его дыхания с моей кожей сердце дрогнуло в груди. Терпкий запах его парфюма наполняет мои легкие, когда его слегка шероховатые губы касаются моих. От этого соприкосновения можно ощутить вкус эндорфинов во рту. Почему-то мне кажется, что Тёрнер вызывает в моём организме патологию выработки гормона счастья. Интересно, кто-нибудь когда-нибудь умирал от передозировки эндорфинами? Внезапно я ощущаю ещё что-то… Это похоже на голод. Голод от желания плоти. Углубляя поцелуй, я тяну вниз поло Майкла, чтобы оторваться от губ и вкусить кожу на его сладкой шее.

Теперь я понимаю сказки про вампиров как никогда!

А вместо сладкого участка кожи я натыкаюсь на широченный медицинский пластырь, от больничного запаха у меня пропадает всякое желание целоваться. Облом какой-то! Зараза!

— Майкл, что это? — злобно выпаливаю. Я не видела его день, а он уже где-то поранился или подрался. Скорее второе, чем первое!

— Тату, — прищурившись, словно довольный котяра, произносит он.

— Что ещё за тату? — так, надеюсь ни с какой-нибудь идиотской надписью, о которой порой жалеют к тридцати годам?

— Ты как моя мама, — Тёрнер слишком театрально закатывает глаза, — я набил татуировку в форме дракона, она пока не закончена, но если хочешь могу раздеться, чтобы показать её, — чтобы вы понимали, Майкл не отстранился от меня ни на сантиметр, я всё ещё ощущаю его дыхание, и мне трудно справиться с вожделением, черт бы его побрал.

Я не фанатка татуировок, но на эту бы посмотрела.

— Не переводи тему! Меня не было в школе полторы недели, а ты уже прогуливаешь уроки и делаешь тату.

Что следующее? Вступишь в банду ванильных единорогов? — оттарабаниваю на одном дыхании, только чтобы он не заметил, что ещё секунда, и я буду умолять его раздеться.

— Малышка, мне нравится, когда ты злишься, но это всего лишь тату, — Тёрнер нежно целует меня в носик. Это не честно, я еле держусь! — Уроки я прогулял, потому что не смог тебя вчера забрать из больницы, — следующий поцелуй падает на подбородок, — Я скучал по тебе… — между пунктами первого и второго поцелуя на станции “голодные уста” встречаются двое, разжигая свои сердца.

"Что может сейчас иметь большее значение, чем он. Эти ощущения, что взрывают меня изнутри, не останутся в прошлом. Для таких сильных эмоций время просто иллюзия. Когда его язык вторгается в мой рот, моё тело уже готово к полной капитуляции. Бедрами я инстинктивно прижимаюсь к нему, чтобы между нами не было даже сантиметра.