Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Хочу уточнить, спросить, но и эти слова вылетают из головы раньше, чем успевают оформиться в мыслях и из уст вырывается только рваный вдох. Сердце бешено стучит в груди. Изгибаюсь в попытке соприкоснуться с мужчиной полнее, трусь, нетерпеливо ерзая, чуть не хныча от невозможности насадиться пульсирующим лоном на налитую плоть.

Грубый нетерпеливый рывок сильных рук и демон медленно, но настойчиво, толкнулся внутрь, заполняя ноющую пустоту. Замер, давая немного привыкнуть. Чуть выскользнул и снова мягко толкнулся глубже, заставляя меня несдержанно стонать и подмахивать бедрами, насаживаясь быстрее.

Руки Ксая скользнули с груди и погладили живот. Мягкое тепло его ладони проникло внутрь, усиливая томительное сладкое желание. Нетерпеливо ерзаю под его рукой и под очередной смешок пальцы сместились ниже, раздвигая складочки.

— Нетерпеливая, — хриплый от сдерживаемой страсти голос вампира, отзывается грохочущим пульсом в висках.

Скрученное в тугой узел желание, электрическим разрядом пронизывает меня от низа живота до самых кончиков пальцев.

Громко стону и чтобы удержаться, вонзаю пальцы в спину Дэмриана.

— А что это вы тут делаете?

Осоловелыми глазами смотрю на застывшего в дверях Леона, темнеющими глазами разглядывающего нашу обнаженную слившуюся воедино экспозицию. За его спиной просматриваются фигуры двух других наблюдателей. Смутившись, пытаюсь высвободиться, но новый рык и агрессивный толчок замешивает эмоции в огромный спутанный клубок.

Мысли трезвые и здравые окончательно покинули мою голову, а я полностью погрузилась в эту феерию чувств, успев заметить, как мужья синхронно сделали шаг вперед, одновременным взмахом трех рук прикрыв дверь.

Кажется, я попала.

Глава 26

Проснулась с ощущением вялого пресыщения в расплавленном теле. Глаза открывать не спешила, всплывающие в мыслях воспоминания о прошедшей ночи смущали, заставляя краснеть. У нас будто слетели все предохранители, позволяя творить и вытворять такое, что не показывают и в порнофильмах.

Нет, об этой безумной безудержной страсти, а иначе это не назовешь, я не жалела. Пугало меня утро и то, как мои мужчины отнесутся к такому выражению любви. Где-то на задворках сознания все еще билось внушаемое с детства убеждение, что в этом есть что-то неправильное, дурное. И нет-нет, да закрадывалась мысль, что если один из них решит, что такой брак, такие отношения не для него и уйдет, вырвав меня из сердца.