Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но примеряя на себя боль от единственной фразы, сказанной подругой, что якобы видела моего мужа спящего в офисе с другой, не могла простить Мише такой нечестности и пусть близким друзьями мы оставались, но подпустить его к себе ещё ближе инстинкт самосохранения не позволил бы. Я с Итоном все круги ада прошла пока не убедились, что он не врёт, а подруга просто его оклеветала. «Хотела тебя встряхнуть, ты же зависла в пеленках», — сказала она мне тогда. Зато я мудрость народа про благие намерения оценила, да и мужу доверять больше стала.

Именно поэтому сказанное Мишей меня напрягло, а его откровенное неверие и вовсе оттолкнуло. Мой бы друг сначала закопал труп, найденный у меня дома, а потом уточнял бы правду. Так что тут однозначно что-то было не так, а вот что пока непонятно.

Получив инструкцию, какие именно нестыковки выискивать, мой мозг теперь с лёгкостью выдавал ответы.

Междумирье — бесконечная комната тысячи зеркал, — в нем я тоже побывала. И из этого следует только одно, я могу ходить между мирами.

Временно или постоянно еще предстоит выяснить опытным путем, но даже такое знание о способностях уже много значит.

Встреча с Ксаем и Дэмрианом тоже была реальной, чересчур ярко отзывалось на них тело, слишком красочными были мои чувства и эмоции, что они вызывали, слишком ускоренно билось влюбленное сердце.

А вот утреннее пробуждение, как и прием в тронном зале возможно навеянные. Походу это и есть то самое вмешательство. Первое или второе, если считать старика. А может, третье если первым была Ахлес?

Побег и оживший детский кошмар даже сомнений не вызывал в своей реальности.

"Разговор с царицей Сумрачного мира… Тут все сложно, потому что не было никакой дочери. В голове сразу всплыло то, что я усердно пыталась забыть: удивление матери, ее брошенная после второго УЗИ фраза «точно ошибка, у нас в роду только девочки», сны, тревожные, предостерегающие и мои пробуждения в слезах. Тогда я не выдержала и впервые с детских лет поделилась ими с Итоном. И он поверил.

Настолько, что добился совместных родов.

Марк, словно тоже выжидая чего-то, решил задержаться на две недели. Так и получилось, что за неделю до родов меня госпитализировали. Тазовое предлежание моего вдруг развернувшегося малыша, череда ежедневных уколов и громкое увесистое от врачей «в понедельник будем кесарить». А в субботу вечером поступила девчонка, громко кричащая, что это отродье ей и даром не нужно. И словно в назидание роды затянулись на долгие сутки.