Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тут находилась вторая после Лувра коллекция живописи в республике, бесчисленные ралли ретро-автомобилей, морские заповедники…"

"Забавно, а ведь еще год назад я не задумывалась о существовании этого острова. И была счастлива в нашем маленьком городе вместе с Дэмом. Совсем другая жизнь. Я зажмурилась. Только не вспоминать о Дэме, иначе я сломаюсь окончательно. Если мысли о Лексе и надежды на то, что он жив и скоро придет за мной, поддерживали, то одно случайное воспоминание о Дэме срывало меня в пропасть боли.

Предательство и месть развели нас, хотя о чем это я? Нас не было изначально. Только я и он. И всепоглощающее чувство любви, которое сильнее человеческой сущности, сильнее разума и здравого смысла…

Та первая встреча — горнолыжный курорт, бокал шампанского от симпатичного официанта со странным именем Дэм, его тихий смех… мгновение, и я пропала. С Лексом я пропала в тот момент, когда увидела его после пятилетней разлуки. Любовь и любовь — Дэм и Лекс. Я любила их одинаково сильно, но по-разному.

Я потеряла обоих…

Яркий свет царапал мои глаза, словно наждачная бумага, а все тело ныло от усталости. Казалось, мы путешествуем уже целую вечность. Перед глазами все плыло от невыплаканных слез, и я в какой-то момент поймала себя на мысли, что не помню, какое тогда было число, и зачем вообще согласилась уехать на Корсику…

Глава 120

Вечер приезда на виллу в Корсике…

Когда мы добрались до виллы Бартоли, уже наступил вечер. Водитель полчаса блуждал между Бонифачо и Сартеном.

Поместье де Бартоли, наверное, одно из самых красивых и тайных мест Европы: найти виллы оказалось непросто. Многокилометровый частный пляж был окружен гектарами личных лесов и полей. Архитектор вдохнул новую жизнь в необъятные владения, по которым разбросаны несколько пастушьих хижин прошлых столетий. Конечно, хижины они напоминали только на старых раритетных фото с вебсайта, которые восхищенно рассматривали мои родители. Мое измученное сознание отметило лишь шум моря и чистые, пахнущие лавандой простыни.

Я отметила только одно — сегодня Лекс снова не вернулся ко мне. И очень быстро уснула.

Когда я проснулась на следующее утро, солнечные лучи уже пробивались через закрытые ставни, разбрасывая узкие полоски света на белой штукатурке стен виллы. Направляясь в ванную, я почувствовала себя усталой и разбитой, будто и не спала вовсе. Поэтому выбор легкого цветастого сарафана на завязках стал для меня невыносимо сложным делом.