Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Что, черт возьми, значит, ты не хотел? Кто не хочет поцеловать прекрасную леди, которую ты пытаешься завоевать? — он перекидывает ногу на ногу, пиная мое колено в процессе. Почти уверен, что он специально.

Почему я не хотел ее целовать? Хороший вопрос.

О да. Потому что я пытаюсь напомнить нам обоим, кто здесь главный. Верно.

Только я не уверен, что это я. Я думаю, это скорее она.

Черт, я уверен, что это она.

— Я пытаюсь все держать под контролем."

"Хэнк хмыкает в свою салфетку. Смех по нарастающей усиливается, и вот, он уже согнулся от смеха, вся закусочная наблюдает за ним, пытаясь разглядеть, что же его так рассмешило.

— Контроль? Ты? Мужчина? — он шлепает ладонью по столу. — Черт, я никогда не слышал ничего смешнее. Картер, позволь мне сказать тебе кое-что, сынок, — опираясь на локоть, он протягивает руку и указывает на меня. — В отношениях единственный человек, который всегда контролирует ситуацию — это женщина. Она всегда — всегда, всегда, всегда — имеет власть. Она владеет тобой и этими штучками между ног, — он обхватывает обеими руками воображаемые яйца, я полагаю.

Откинувшись на спинку дивана, он вздыхает. — Чем раньше ты это поймешь, тем лучше.

— Я так не думаю. Я сделал довольно хороший…

— Нет, не сделал. Ты поцеловал ее, хотя не хотел этого. Почему? Потому что у нее есть власть. Потому что ты взглянул на это красивое лицо и рухнул к ее ногам. И так будет всегда, потому что ты будешь ставить ее выше всех и всего остального.

Ну, это немного пугает. Хоккей — мой номер один.

Или, наверное, моя семья, а хоккей — на очень близком втором месте. Но может ли Оливия быть такой же важной? Может ли она обогнать хоккей?

Это глупый вопрос. Она уже обогнала. Это видно по тому, как ее исчезновение из моей жизни, испортило мою игру. И это страшно, потому что в тот момент мы даже не были вместе. Не было нас, только вопиющее отсутствие нас.

— Когда я смогу встретиться с этой особенной леди?

— Если я хочу, чтобы она осталась со мной? — я мажу ржаной тост желтком и отправляю его в рот.

— Никогда.

Он смеется, бросая в меня свернутую салфетку.

— Сукин ты сын.

Мы с Хэнком отправляемся на прогулку, прежде чем я отвезу его домой, где я помогу ему устроиться в его раскладном кресле. Дублин прижимается к хозяину, пока я настраиваю Хэнку аудиокниги. Он любит слушать эротические романы. Он говорит, что это его единственное оставшееся развлечение.

— Повеселись на свидании, Картер. Не делай ничего такого, чего не сделал бы я.