Доктор Барченко (СИ) читать онлайн

Может, обыкновенное небытие? Растворение, исчезновение, физическая смерть?

Наверное, единственный раз за всю жизнь Барченко проявил самую неожиданную свою черту - малороссийскую самонадеянность.

- А нехай буде що буде! - и нырнул вниз глубокого темного озера.

Со дна манил свет, и он плыл на этот свет, не понимая, что никакие врата времени уже не откроются...

- Я не поверил своим глазам, когда передо мной внезапно открылась голая, гладкая каменная стена. Никакого хода не оказалось. Я уперся руками в холодную стену, бил ее, кричал, плакал.

Со свода пещеры полетели камни, дно зашаталось, вода буквально вскипела. Началось знаменитое крымское землетрясение 1927 года. Еле живые, Барченко и Кондиайнен выбрались из завалов, потирая ушибы, и уныло поплелись домой.

Глава 17. Звезда их не знает заката.

Девиз рода Унгерн-Штернберг.

- Завтра нам встречать немецкую делегацию - предупредили Александра Барченко, когда он временно вернулся в Москву.

- Какую еще немецкую делегацию? - удивился он, мы же секретный объект!

- Для кого секретная, а с союзниками поделиться надо. Будут двое немецких социалистов. Хорошо, они говорят по-русски. Прибалтийские немцы.

Барченко сразу подумал, что среди них обязательно будет Фридрих фон Вительгаузен. И не ошибся.

- О! Здорово! Кого я вижу! - с легким акцентом закричал Фридрих, обнимая располневшего Александра Васильевича.

- Он мой сокурсник по Дерптскому университету, объяснил Барченко, вместе на лекции по римскому праву сидели.

- Ну, показывай свои достижения! Мы в Германии много об этом слышали, но, как говорят в России, лучше один раз увидеть...

И они пошли по коридорам спецотдела. Александр увидел на лацкане пиджака Фридриха индийский знак круговорота. Свастика. А еще бывает сувастика, в обратную сторону. Почему именно он?

- Тут у нас шестирукие гориллы, точнее, помесь человека с гориллой, рассказывал Барченко немцам, работоспособность у них обезьянья, а ум и характер - человеческий.

- Что значит - человеческий? - спросил коллега Фридриха, историк-антрополог Михаэль Ранц.

- Работать отказываются. Лентяи! С такими ручищами горы свернуть могут, но не хотят. Работаем теперь над мотивацией - вздохнул Барченко.

Обезьянолюди начали клацать челюстями и рычать.

- Ласки просят - пояснил он, просуньте руку, погладьте, они добрые.