Растерянный взгляд больших, едва ли не на пол лица, глаз смотрят на меня. Ухмыляюсь и в своей привычно неспешной манере подхожу чуть ближе. Хер знает зачем, но хочу рассмотреть поближе дочь твари, что уже давно заживо сгнить должен был, но всё равно какого-то хуя ещё дышит. — Здравствуйте! — ух, воспитанные какие, — подмечаю я не без сарказма. Хлопая густыми, длинными ресницами, девчонка густо краснеет. Чистая девочка, зуб даю, ещё целка. На лбу у цыплёнка так прям и написано. Чистая кожа, без единого изъяна. Маленькая, но довольно выразительная родинка на щеке.
Нервно языком проводит по уголку верхней губы и тут же прикусывает нижнюю. Да, мать твою! Этого мне только не хватало. Делаю медленный, глубокий вдох, не помогает. Ещё и глаза опустились на упругую девичью грудь уверенного третьего размера. На хрупкой фигурке смотрится она прямо очень шикарно. Хуй в один момент колом встал и больно сейчас в ширинку впился. Ну твою ж нахуй, блядь! Злюсь. Девчонка не замечает этого, но я очень зол, только вот не пойму на себя, за то, что при виде смазливой мордашки мой член колом встал, или на неё, за то, что не оказалась жабой в резиновых калошах?! — Что тебе нужно от моей племянницы? — задаю вопрос, изо всех сил стараясь не утонуть в глубине этих карих глаз.
— В каком смысле? — да ну нахер, блядь, серьёзно? Нет, милая. Ты либо актриса, каких поискать, либо… да без либо! Тоже мне, нашлась скромница. — Мы учимся вместе и дружим. — ух ты… — Дочь уголовника учится на юридическом? Очень интересно. — девчонка моментально бледнеет.
Глазки забегали — Узнала. И я в этот самый момент узнал, вернее, вспомнил. Маленькая, забитая, сидящая в угол старенького дивана, девчушка. Бледная, как сама смерть, и зарёванная вся. Я сам тогда, считай пацаном был. — Это был несчастный случай. — с трудом удаётся расслышать старую песню семейки Зайцевых. Весь судебный процесс, едва ли не на перебой, — несчастный случай. Понять и простить. — Ага, сейчас же. Вот так взять и простить смерть двух малышей, просто потому, что твой папаша был бухой и не заметил их.
— Сегодня же найдёшь предлог и свалишь из моего дома. — вздрагивает от тембра моего голоса. — И не смей ничего говорить Агате."
"12 Глава"
"Всё просто пошло по пизде! Я стараюсь полностью погрузиться в дела, уйти в поглощения сторонних фирм с головой, но, блядь, эта самая голова какого-то хуя занята одной, очень охуительно шикарной особой, что выплясывает сейчас на танцполе. Вертит задом так искусно, будто рождена для этого.
