Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

К террористической деятельности, согласно данным досье голландской полиции, Кирк Геслинг ранее причастен не был. Отбывал срок заключения за совершение кражи со взломом из офиса фирмы, в которой он работал электриком.

В Париже Гольдрайха и да Салазара встречала персональная машина и две машины с охранниками, страхующими с дистанции. Охранники по фотографиям опознаны компьютером Интерпола как лица алжирской этнической принадлежности, имеющие подозрительные связи в террористических кругах.

Оба объекта наблюдения остановились в большой частной квартире старого городского квартала, зарегистрированной на имя американского журналиста Джо Хиггана, уже длительное время не приезжающего в Париж.

Джо Хигган проходит по материалам досье Интерпола на Джошуа Гольдрайха как его товарищ по колледжу и по университету. В подозрительных связях с другими членами террористических организаций замечен не был.

Наблюдение продолжается.

Прошу по возможности передать сведения на шестерых чеченцев, граждан Германии, прилетевших из Москвы, и провести через компьютер МВД России опознание лиц окружения Гольдрайха, которых удалось сфотографировать.

Фотографии прилагаются отдельным файлом».

– Маховик разгоняется… Что-то еще будет… – Басаргин разложил принтерную распечатку фотографий по столу, всматриваясь в лица. – У меня такое ощущение, что будет еще многое.

– Нам самим вовсе ни к чему соваться в МВД, – сказал комиссар, набирая с клавиатуры адрес для переадресовки файла и сопроводительный текст. – Это прямая работа НЦБ…[32]

– Зураб, будь другом, позови Александру.

Зураб вышел.

– Зачем тебе Александра? – поинтересовался Костромин.

– Пусть посмотрит на фотографии взглядом художника. Она уже дала сегодня хорошую характеристику Гольдрайху. Может, и еще что-то скажет.

– Что скажешь про данные наблюдения?

– Скажу, что ожидал чего-то подобного. Но мне не хватает только одного звена, самого важного, чтобы создать целостную картину готовящейся громадной трагедии.

Костромин откинулся на спинку кресла, приготовившись слушать.

Он уже по опыту знал, как выглядят вступительные моменты, предшествующие началу размышлений руководителя российского бюро. Осталось только дождаться, когда Басаргин встанет и начнет говорить, разгуливая по офису.

– Под громадной трагедией ты подразумеваешь акцию в Кольмаре или в Москве?"

"Басаргин в самом деле встал и вышел на свободное пространство, чтобы иметь возможность соизмерять свою речь с шагами, регулируя речь их ритмикой.