Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Шата Ева! — Наконец он протиснулся вперед и бросился к напряженной девушке, которая быстро отошла в сторону, глядя на незнакомца с подозрением. — Как же так? Вы живы? Но я же сам…

Тут он быстро выбросил вперед руку, и Ева не успела отскочить, как в лоб ей уперся стальной кругляк, который здоровяк держал на цепочке.

— С ума сошел!

Она потерла лоб и отшатнулась.

— Не нежить, — слегка разочарованно протянул детина. — Настоящая.

— Тебя это расстраивает? — прошипела Ева. — Жалеешь, что не удалось меня отправить на встречу с предками?"

"Сама же она лихорадочно думала, кто это может быть? Лекарь? Тот самый Влас? На парне были такие же штаны, как и на воине, такая же серая рубашка из грубой ткани и сапоги, на шее на толстой цепи кулон — треугольник в круге, на поясе кинжал в простых ножнах, но рукоятка резная.

— Мы все расстроились, когда мастер лекарь сказал, что вы скончались, — рассматривая ее с интересом вивисектора, ухмыльнулся парень. — Но обряд я провел по всем законам. Может, он и помог вашему выздоровлению?

Так это местный жрец, и, судя по наглой ухмылке, принцессу здесь ни во что не ставят.

Интересно, сколько человек знает, что ее брак не совсем действителен? Или здесь все по-другому? Что же ты, муженек, такой лопух? Или вы настолько друг друга ненавидели?

— Может, и он, — медленно и оценивающе осмотрев жреца, произнесла Ева. — А может, помощь магистра Марлина пришла вовремя, — забросила она пробный шар, внимательно следя за реакцией собеседника, поэтому и заметила, как он вздрогнул и слегка изменился в лице.

Неуловимо быстро, но все же… — Муж перед отбытием попросил брата за мной присмотреть, — добавила она многозначительно.

— Мы все были удивлены, когда вы решили покончить с собой. — Жрец быстро пришел в себя. — Но теперь многое стало ясно.

— Я отравилась? — удивленно подняла брови Ева. — Или меня отравили? Надеюсь, вы уже выяснили, кто это сделал?

— Но мы нашли записку, в которой вы просили не винить никого и говорили, что уходите из жизни добровольно, чтобы вечно служить нашему Покровителю, — пафосно произнес святоша,

Нет, не святоша! Триптон! Вроде так служанка называла жреца.

— Покажи! — Ева протянула руку ладонью вверх. — Где записка, которую якобы написала я?

— Так мы ее сожгли, как и было велено, — растянул губы в ухмылке жрец.

— И как вы собирались доказывать моему супругу мое добровольное самоубийство?

Триптон хотел что-то ответить, но Ева подняла руку, призывая его к молчанию.