Девушка с синими гортензиями читать онлайн

А утром на «Любимую» снова явился следователь, который принес с собой телеграмму. В ней сообщалось, что тело мадемуазель Лантельм было найдено возле какой-то деревни с труднопроизносимым немецким названием.

– Обермёрмтер, которая расположена недалеко от городка Рес, – вставила секретарша. – Деревня находится между Везелем и Эммерихом. Тело обнаружили вечером 26 июля, а следователь известил Рейнольдса 27-го числа. Что было дальше?

– Хозяин настаивал на том, чтобы немедленно отправиться за телом жены, – объяснил Гренье.

 – Следователь сказал, что не возражает, но ему также необходимо видеть тело, так что он поплывет вместе с Рейнольдсом. Полицейский послал записку местному доктору, который тоже прибыл на яхту, и тогда «Любимая» поплыла к Обер… ну, вы меня поняли. Все жители деревни ждали их на берегу, забросив дела. Там ведь живут простые рыбаки, совсем ничего не происходит, а тут вдруг такое… Ну и, само собой, тот, кто нашел тело, уже мечтал, как распорядится своей тысячей марок.

– Кто это был? – спросил Видаль.

– Молодой рыбак, совсем мальчишка. Забрасывал сети, ну и… вытащил. Доктор Морнан просил Рейнольдса остаться в каюте, но тот не послушался и настоял на том, чтобы сойти на берег. Тело лежало на песке, прикрытое куском рогожи, из-под которой были видны только рассыпавшиеся темные волосы и край белого пеньюара, в котором бедная мадемуазель Лантельм упала в воду. Неподалеку стояли два жандарма. Кто-то – мэр деревни, кажется, – на скверном французском стал говорить слова сочувствия, но Рейнольдс не стал его слушать.

Опередив всех, он подошел к телу, наклонился, поднял рогожу и расплакался. Доктор помог ему подняться и отвел в сторону. Следователь спросил, подтверждает ли Рейнольдс, что это его жена. Тот выкрикнул: «Да, черт побери!» Морнан и немецкий доктор осмотрели тело на месте, потом к ним подошел следователь. Филипп слышал, как он произнес слово «вскрытие». Но Рейнольдс тоже услышал его и вскинулся, что не желает, чтобы его жену резали, как лягушку. Вмешался капитан Обри и предложил прежде всего перенести тело на яхту, а затем уже спокойно все обсудить. Кто-то из местных сбегал за носилками, другие нарвали цветов. Тело положили на носилки, а сверху усыпали цветами. Несли носилки мой Филипп и другой матрос, Шавийар. Филипп шел сзади и потом вспоминал, как рука утопленницы то и дело свешивалась с носилок, а Рейнольдс подбегал и поправлял ее.

– У меня вопрос, может быть, не относящийся к делу, но тем не менее… – перебил рассказчика Видаль.