Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Хорошая машина, да? Только одной тачкой сыт не будешь, а смазливых типов вроде тебя на свете много. Никогда над этим не задумывался?

Надо встать и уйти, не слушать этот бессвязный бред. Но я молчу и не двигаюсь с места. Станислав Валицкий наклоняется ко мне.

– Ты ведь для нее вроде игрушки, – выдыхает он мне в лицо. – Красивой игрушки, не спорю, но… Наиграется она тобой, наскучишь ты ей, да и выбросит она тебя. Только не говори мне, что ты об этом не думал.

В горле у меня пересохло. Я бормочу:

– К чему вы ведете?

– К тому, что есть и другие пути.

Можно получить хорошие деньги, не обслуживая старых дам.

– Ольга вовсе не старая, – протестую я.

– Ясное дело, – фыркает он, откидываясь назад. – Девица на выданье. И ты ее очень любишь, конечно. Всю жизнь мечтал о такой. Да ты не дергайся, я тебе верю, верю. Тебе двадцать четыре, ей тридцать пять, а через пять лет стукнет сорок. В прошлом году она уже делала пластику нижних век. Смешно, да? Время от времени она балует тебя дорогими подарками. Напрямую деньги ты из нее не тянешь – не настолько ты глуп.

Ну а что, если она сама уверует в твою великую любовь и забудет сделать очередной подарок? Что тогда? А?

– Я связался с Ольгой вовсе не из-за денег, – упрямо повторяю я.

– Да я знаю, – произносит он, не скрывая издевки. – Все мне известно. Знаю, чем ты живешь и о чем думаешь. Я ведь насквозь тебя вижу, парень. Не надо мне говорить о любви – это жена моя тебя любит, ну а ты любишь ее деньги. Все чин чинарем. А втихую ты посещаешь какую-нибудь дамочку своих лет и вешаешь ей лапшу на уши, какая у тебя невыносимая работа – обнимать старых баб.

А можно ведь и не обнимать. Можно сорвать хороший куш, переехать из твоей панельной конуры, открыть свое дело, и жить-поживать, и горя не знать. А?

– К чему вы клоните? – глупо спрашиваю я.

Но и так ясно, к чему он клонит.

– Я же тебе уже сказал. Я хочу, чтобы ты убил мою жену. А за деньгами я не постою.

– Я думал, вы ее любите, – удивляюсь я.

Он насмешливо щурится:

– Ой ли? Если б любил, думаешь, стал бы я так запросто тут с тобой разговаривать и за одним столом сидеть? Да я бы тебе все кости переломал этими самыми руками.

Да, это похоже на правду. Всем известно, какой крутой нрав у Станислава Валицкого.

– Ну так как? Возьмешься ты или нет за это дело?

Я могу сказать только одну фразу, и я ее произношу:

– Вы в своем уме?

– Думаю, что да, а ты? Или откажешься от таких денег? – глумится он.

И вслед за этим называет сумму.