Но не так уж и много по сравнению с тем, что в начале двадцатого века из России эмигрировало четыре с половиной миллиона человек, в основном крестьян. Мы же были ориентированы по большей части на городское население, но не ""брезговали"" и сельскими жителями, хотя и делали основной упор на молодых казаков Донского, Кубанского и Терского казачеств, а также молодых горцев и на то у нас имелись причины.
Первым делом я приказал всё же каждому найти себе подходящее тело, причём это должен быть молодой человек не моложе девятнадцати или восемнадцати лет, если он уже имел паспорт, а также не старше двадцати шести лет.
В отношении волонтёров следовало поступать так же, чтобы не было проблем с паспортами. Их в царской России выдавали мужчинам с восемнадцати лет. Хорошенько подумав, мы всё же решили отказаться от лиц более юного возраста. Во избежание хлопот с их родителями и полицией. Даже если молодой, толковый парень был единственным кормильцем, эту проблему можно было легко решить вручив его родителям энную сумму денег, а вот если ему нет восемнадцати, то это могло привести к довольно печальным последствиям.
Вот тут-то я и понял, как была права Оля и все остальные наши умницы. Женщинам паспорт в России выдавали только с двадцати одного года и без каких-либо ограничений они могли получить его лишь начиная с одна тысяча девятьсот четырнадцатого года. В общем мужчинами им будет жить куда легче.
Вот передо мной и встал вопрос, кем стать в своей новой жизни и мои друзья уже очень скоро вручили мне штук пятнадцать ориентировок и все они были составлены исключительно на одних только князей.
Внимательно прочитав все, я остановил свой выбор на светлейшем князе Сергее Михайловиче Горчакове, сыне и внуке кадровых дипломатов и к тому же внуке не кого-либо, а самого Железного Канцлера Александра Михайловича Горчакова. Серж Горчаков родился в одна тысяча восемьсот семьдесят девятом году в Москве и унаследовал от деда небольшой особняк на Пречистенке, а также виллу в Баден-Бадене, где тот скончался через три года после его рождения.
Тело, в которое мне предстояло вселиться, имело чин ротмистра, но было так же далеко от армии, как Плутон от Солнца, хотя и умел лихо скакать верхом и даже размахивать сабелькой, а также стрелять из пистолетика, то есть револьвера системы ""Кольт"". Тьфу, чёрт, до чего же он мне сразу не понравился, этот богатенький пижон.
