Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"— Моя невеста доставляет мне множество проблем своим поведением, — медленно говорит он. — Знали бы вы, сколько подобных историй я мог бы рассказать. Но если рассуждать объективно, без предвзятости, то её слова звучат весьма убедительно. Получается, что те, кто сейчас так себя ведёт, живут по принципу «на наш век хватит, а после нас хоть потоп». Они проедают будущее нашего поколения за последствия которого сами не будут расплачиваться — их уже не будет в живых. А расплачиваться придётся нам, их детям, внукам и правнукам.

— Независимо от того, сколько истины содержит данный анализ, даже если он правдив на все сто процентов, это не те вещи, которые можно обсуждать в Китайской Народной Республике, а тем более в подобном месте, — холодно отвечает отец пострадавшей. — Я бы категорически не советовал размахивать красной тряпкой перед драконом, обвиняя его в том, что он слишком много и неаккуратно ест. Не думаю, что это разумная стратегия.

Он делает значительную паузу, а затем добавляет с едва уловимой угрозой в голосе:

— Слава богу, сегодня, уважаемый гражданин Китая, мир остаётся открытым.

Считайте это дружеским намёком. На границе желающих уехать за руки никто не держит и остаться не призывает.

Глава 3

Южная Корея. Отель «Кенжин».

Сразу после заселения в наш с Ли Миньюэ номер приходит ассистент японских специалистов.

— Приступаю к работе, — он устраивается в кресле напротив нас. — Вы можете заниматься чем угодно, но поддерживайте постоянную связь. Я должен иметь возможность связаться с вами в любой момент.

— Работать над чем конкретно? — интересуется Ли Миньюэ. — Экспертиза назначена только через два дня.

— Если пациент находится на стационарном лечении принудительно, его медицинская карта обязательно присутствует в едином государственном реестре, — объясняет Сато. — Во-первых, необходима проверка, чтоб исключить коррупционные схемы — лекарства и процедуры стоят значительных денег. Во-вторых, изучив историю болезни, мы сможем оценить компетентность лечащих врачей в ретроспективе.

Возможно, получится разыграть вариант с местными: указать им на ошибки деликатно — они отзовут диагноз сами. Хотя это маловероятный вариант, справедливости ради.

— А доступ к закрытой информации вы получите через ваши источники? — уточняю я.

— О чём вы, — ассистент улыбается. — Мы серьёзные люди. У приглашённых медицинских экспертов есть определённые права, сегодня отправляемся оформлять официальный доступ. Наше посольство уже направило соответствующую ноту.