Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— И что же он почувствует? Что маг Дома вмешался в процесс функционирования дворца и заставил всех уснуть, распылив по комнатам сонные травки. Вот и всё. А дальше могло быть что угодно. Нас могли банально убить и закопать. Почувствовать, что мы тут, внутри лабиринта, нереально. Для того, чтобы это понять, его придётся разрушить, а это сложно даже для Арена.

— Почему в таком случае этим планом не воспользовались сразу? — спросил Огден, и Роланду показалось, будто он от отчаяния сейчас схватится за волосы.

— Зачем было зачаровывать фрейлину? Я слышал, как ей пересказывал эту историю Нортон, и до сих пор не понимаю, зачем. Можно же было сразу засунуть нас всех в лабиринт?"

"— Магию Дома заговорщики уже использовали, — объяснил канцлер. — Когда пытались убить меня. Почему не получилось, они так и не поняли. Следовательно, они понимают, что чего-то не учли. Это обыкновенная логика, Огден — если не вышло с одним, а оно изначально считалось самым верным, значит, надо попробовать с другим.

Решили использовать шаманскую магию и провернуть ситуацию с фрейлиной, в которой при любом исходе можно было бы привлечь императора и пожаловаться ему на тебя — то ты жениться не хочешь, то подвергаешь её высочество опасности, а может, и убить пытаешься. Если бы половина совета министерств заголосила, требуя твоего ухода, сдался бы даже Арен.

— Теперь я понял, — буркнул Огден, кивнув. — Кошмар какой-то, с какой стороны не взгляни… Значит, сейчас на совете изберут нового короля и канцлера, и принцесса ничего не сможет сделать?.

— Ну-у-у… — протянул Роланд и быстро усмехнулся, вспомнив Томаса Ротергейла. — Боюсь, что Актон Вестериус не учёл очень, очень многого. Но это мы узнаем, только когда выберемся отсюда. Риан, всё готово? Никого в пути не потеряли?

— Никого, канцлер, — подтвердил артефактор. — Идём дальше. Думаю, выход уже скоро.

Анастасия

Когда Вестериус вышел, прихватив с собой гвардейцев и служанок, принцесса для начала спалила одно из кресел.

Целиком, до пепла. И только потом, распахнув окно и заставив то, что осталось от ни в чём не повинного предмета мебели убраться из комнаты на улицу, рухнула на пол и серьёзно задумалась.

Что ей делать?

И где Роланд с остальными?

Какой вопрос более важен, кстати? Лично для принцессы был важнее второй, но она отлично понимала, что где бы ни был канцлер, она не способна ему помочь. А вот от её дальнейших действий наверняка зависит многое.