Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Это же счастливейший миг в вашей жизни, а у вас такое кислое лицо! Почему вы выглядите таким недовольным? О чем может думать человек, чтобы у него так исказилось лицо?

А Принц на самом деле вспоминал о том, как в последний раз был в этом саду в ночь разрыва с Цирцеей. События той ночи бередили ему память, и он изо всех сил пытался разобраться в них.

Безусловно, Цирцея приходила тогда вместе со своими жуткими сестрами, и они объявили, что он проклят за свои злодеяния. Принц был уверен, что это ему не причудилось, но само проклятие — это же чушь… не так ли? Однако порой он опасался, что все это может оказаться правдой.

От этих мыслей Принца отвлек голос Когсворта:

— Ленч подан.

Маэстро раздраженно швырнул на землю свои угольки для рисования, и они разлетелись от удара на кусочки.

— Отлично! Полагаю, что предпочту есть в своей комнате. Один! — сердито фыркнул он и стремительно ринулся прочь, не добавив ни слова счастливой влюбленной паре. Вместо того чтобы захихикать — нам уже известна эта привычка Тьюлип, — принцесса разрыдалась, словно получила нагоняй.

"Да, Принц теперь был занят по горло — нервным Маэстро, своей рыдающей Тьюлип и ее кислой няней. Интересно, как-то сложится для него остаток недели?

ГЛАВА VIII

Увядающий цветок

На следующий день принцесса Тьюлип Морнингстар и Принц молча завтракали вдвоем в Утренней гостиной. Тьюлип не расспрашивала Принца о том, где он был прошлым вечером и почему не пришел к обеду. Ей пришлось обедать вдвоем с Маэстро, и это было ужасно, особенно когда художник спросил ее, где может быть Принц, а она не смогла ответить.

Честно говоря, ей очень хотелось выбранить Принца. Внутри у принцессы все кипело, но няня учила ее никогда не показывать свой гнев. Леди никогда не показывают, что выведены из себя. Няня говорила, что слишком часто женщины непроизвольно вредят себе, начиная упрекать своих мужей за их неблаговидные поступки. Если женщина молчит и ничего не говорит, это уже само по себе наказание для мужчины.

А начав что-то говорить, женщина дает мужчине возможность перенести вину на нее, на женщину, и заявить, что она ведет себя слишком нервно, излишне драматизирует ситуацию и заставляет его самого сердиться.

Тьюлип не до конца понимала эти тонкости, но замечала, что сама няня далеко не всегда следует своим собственным советам — быть может, именно потому она никогда и не была замужем. Итак, Тьюлип предпочитала молчать.