Черный меч царя Кощея читать онлайн

Почему нет? Разве не так все русские глушат боль души? — резюмировал Кнут Гамсунович, взглядом ища новую бутылку. — Я немец, но у меня тоже есть душа. И она болит за Лукошкинбург…

— А как же ваш фатерлянд?

— О, мой милый, милый фатерлянд так далеко отсюда, что я почти забыл холодный воздух альпийских лугов, свежее мюнхенское пиво и добрые руки моей старенькой гроссмутер, причёсывающей мои непослушные кудри. — Посол расчувствовался, коснулся седой стриженой макушки и пустил слезу. — Герр Ивашов, мы с вами оба гости в этом мире, отправленные сюда не по своей воле, но… Но если мой король Фридрих потребует от меня вернуться ко двору, я сложу полномочия, подам в отставку и приму подданство России.

Я быстро огляделся по сторонам, нашёл в угловом шкафчике маленькую бутылку французского коньяка и честно разлил по стопкам.

— За Лукошкино!

— Яволь!

Мы чокнулись и опрокинули. Все наши дальнейшие действия объяснялись нарушением одного русского правила — «закусывать надо!».

— Мне нужна ваша помощь.

— Располагайте мной, дорогой друг!

— Это может оказаться опасным.

— От тюрьмы и сумы не зарекаются. Так говорят у вас в народе. Ферштейн?

— Я, я, натюрлих, — на автомате буркнул я и уж не помню на каком языке ввёл тёпленького посла в курс дела.

Бутылка французского переходила из рук в руки. Кнут Гамсунович прихлёбывал, уточнял детали, вносил коррективы, и примерно через час у нас готов был план бессмысленного и беспощадного русского бунта в законопослушной немецкой обработке.

Первое, мы идём на царский двор и спасаем Бабу-ягу. Второе, едем в чисто поле и при помощи нашей досрочно освобождённой эксперт-криминалистки находим блудного Гороха. А на третье каким-то чудесным образом поочередно бьём морду (морды?) Змею Горынычу, спасая наших украденных жён и одну девицу из деревни.

В чрезмерной щепетильности к деталям и посекундной проработке хоть одного из трёх вышеперечисленных пунктов нас тоже никто бы не упрекнул.

Пушкинское «авось», помноженное на шиллеровский романтизм, дало волю фантазии, и уже через полчаса территорию Немецкой слободы покинуло двое молодых фройляйн под опекой морщинистой, строгой фрау бонны.