Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Гильдар страдальчески сморщился и потер лоб ладонью:

— У меня сейчас голова взорвется, в самом-то деле! Что же вы тогда делали в одной постели-то?!

— Спали, — кристально честно ответила Лара.

Тишина. Опять долгая.

— Мне надо прийти в себя и все обдумать, — устало пробормотал король и позвонил секретарю. — Илар, проводи ее высочество в ее покои.

Секретарь склонился в поклоне перед Ларой, и ей не осталось ничего другого, кроме как выйти из кабинета вслед за ним.

Под пристальными взглядами Варта и Гильдара Леон отошел к окну и уставился в него невидящим отсутствующим взглядом.

Поведение принцессы Солары не поддавалось никакой логической интерпретации: сперва она усиленно доказывает их самые близкие отношения, а потом яростно бросается на его защиту при закономерной негодующей реакции Варта. Где тут логика?! Потерялась логика где-то… А с каким жаром она его защищала! Будто… да-да, будто он и в самом деле дорогой для нее человек. Леон вздохнул и понял, что он ничегошеньки не понял.

— И ты по-прежнему будет утверждать, что между вами ничего нет?! — недоуменно спросил его Гильдар. — Леон, да Солара смотрит на тебя так… так… как на меня Диала никогда не смотрела…

Тут принц запнулся, а Леон раздумчиво проговорил:

— Это еще цветочки — ты не знаешь, сколько она всего в принципе обо мне знает. Слишком много знает! Не только тело. Она знает по имени моего оруженосца, знает, что он утром кисель разлил, знает, что я люблю расстегаи с рыбой и телячьи котлеты, а чай пью без молока и с двумя кусочками сахара… Она горюет о моей погибшей Кошке и горюет искренне, демон меня задери! Она знает мои самые потайные личные мысли, которые я никому, даже Тельду, не озвучивал (припомнил Леон разговор о женах).

Она знает, какие книги я читаю перед сном, хотя они лежат у меня в особняке, где она не появлялась, и знает, что я отказался идти к Слепой Ведунье за пророчеством, хотя во дворце я упоминал об этом только в твоем присутствии, Гильдар.

Я уже сам начинаю сомневаться в том, что никогда ранее не общался с принцессой и не вступал с ней в близкие отношения. Мне кажется, что я стал жертвой странной мистификации… Меня преследует ощущение, что я забыл огромный период моей жизни — период, в котором всегда была рядом умная и внимательная женщина, следившая с нежностью и заботой за каждым моим шагом.