Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— До сих пор не могу поверить, что все так обернулось. — усмехнулся он, пригубил вино и мечтательно посмотрел на огонь.

— Да. — засмеялся я тихо. — Кто бы мог подумать, что мы с тобой породнимся? Дважды.

Клим закинул нога на ногу и с улыбкой посмотрел на меня.

— Вот чего-чего, а от тебя я такого не ожидал. Помнится, ты говорил, что никогда и ни за что не женишься. Мол, насмотрелся за годы практики в брачном бизнесе такого, что все желание к браку, как серпом отрезало. И вдруг Нинель.

— Кто бы говорил. — фыркнул я, вспоминая мою вечно недовольную, но безумно нежную и любимую девочку.

Теперь ее не узнать. Улыбается она очень часто, чем делает меня счастливее.

Признаться, за годы дружбы с Климом, мы никогда не касались семей друг друга. Заочно знали, конечно, о том, что происходит в них, но никогда не разговаривали на эту тему, всячески стараясь избегать ее. Тем более, у нас и в мыслях не было, дружить «семьями». Поэтому, я сильно удивился, когда эфемерная сестра друга, вдруг оказалась… такой.

В начале, я не понял, что со мной происходило. После нашего знакомства я все чаще думал о ней, объясняя это тем, что она нужна мне только как выгодная клиентка. Когда я своего добился, и Нинель согласилась со мной сотрудничать, я думал, что немного успокоюсь, но все произошло с точностью наоборот. Она была словно наваждение, отчего сильно раздражала. Особенно этому способствовало ее требование моего присутствия на ее свиданиях с потенциальными женихами. Это было против правил, но я, почему-то, согласился.

Совершенно неожиданно для себя.

Как же она меня раздражала! Ее бесконечные насмешки и упреки просто выводили меня из себя. Но глубоко внутри радовался каждый раз, когда она отказывалась от очередного кавалера, которого я ей подыскивал.

Я не осознавал, точнее, не хотел понимать, что со мной происходит, пока на том балу, не увидел Нину в обществе известных ловеласов. То, как они на нее смотрели, поставили точку в моем внутреннем метании. Именно тогда я осознал, что эта белокурая, вечно недовольная и ехидная заноза, должна принадлежать только мне.

Никто не смеет смотреть так, на то, что мне принадлежит!

Недолго думая, я оттащил ее в сторону от гостей, выслушивая неожиданно красноречивый запас ругательств и возмущений в свой адрес. Чувствуя себя пещерным человеком, перекинул строптивицу через плечо и унес в сад, в беседку, которую давно заприметил, чувствуя, как маленькие кулачки бьют меня по спине.

Разговора не получилось.