Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И если до этого момента невозможность узнать о результатах беседы с Забродиным просто раздражала Киргана, то теперь он был не на шутку испуган. Почему она не отвечает? Уже полночь, сколько же можно разговаривать? Если по-хорошему, то допрашивать свидетелей, когда ситуация не экстренная, нельзя в такое время, и странно, что Забродин соглашается на столь поздние встречи. Может, ему нечего скрывать, и он искренне хочет помочь следствию? Но в такие удачи адвокат Кирган не верил. Вероятнее всего другое: Забродин понял, что следователь на правильном пути, и предпринял меры для ее ликвидации.

"Виталий снова позвонил, и снова с тем же результатом. Он уже успел проделать изрядную часть пути к своему дому, но тут резко развернул машину и рванул в сторону проспекта, на котором находилось здание головного офиса холдинга. Припарковав машину, не доезжая одного квартала до здания, он вышел и отправился пешком. Парковка перед зданием холдинга была почти пустой, с краю притулились две машины, вероятнее всего, принадлежащие ночным охранникам, и прямо перед главным входом красовался «Майбах», возле которого прогуливались, попыхивая сигаретами, два дюжих молодца.

О том, что Забродин ездит на «Майбахе», Виталий знал с тех самых пор, когда, только услышав о Суханове, перелопатил весь Интернет в поисках информации о его месте работы. Значит, хозяин еще здесь. А где же Надежда? Почему ее телефон не отвечает? Неужели она до сих пор там, внутри? Хорошо бы, чтобы оказалось так, а то ведь может статься, ее уже увезли куда-нибудь и заперли.

Или еще что похуже.

Он вернулся к машине, проехал вперед, поставил ее так, чтобы видеть главный вход, и снова позвонил следователю. Аппарат по-прежнему был выключен. Он звонил каждые пять минут и нервничал все больше и больше. От выкуренных подряд сигарет горчило во рту.

Наконец двери открылись, дюжие молодцы, которые, накурившись всласть, грелись в салоне, выскочили из «Майбаха» и кинулись к хозяину, вышедшему в сопровождении еще одного охранника. Машина Забродина отъехала, и Кирган снова схватился за телефон.

Почему Забродин вышел один? Где Надежда? Куда она подевалась? Почему у нее выключен аппарат? Его охватила паника, с которой он уже с трудом справлялся.

И в этот момент раздался звонок.

– Господин адвокат, у меня сообщение, что вы звонили мне двадцать четыре раза. Это так? – послышался спокойный голос Рыженко.

– Да, – только и смог выдавить Виталий. – Я звонил. А вы где?

– Я только что вышла из здания холдинга.

– Но я вас не вижу.