Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хранительница

— Мне страшно, Бесик, — провела ладонью по лохматой макушке.

Хоть ему могла признаться.

Бессон лежал на кровати, положив голову мне на колени. Тяжелый, огромный, родной. Он сумел избежать смерти и сегодня утром просто появился в моей спальне. Впереди коронация, а я сижу и разговариваю с большим котом.

— Знаю, это мнительность. Но, кажется, что-то обязательно произойдет.

Бессон тихо рыкнул. Я ощущала его участие, беспокойство. Оттого впервые после пробуждения становилось спокойно на душе, несмотря на обстоятельства.

Я все еще не могла вспомнить прошлое, но Бессон давал надежду, становился опорой. Я больше не собиралась прятаться, я хотела вернуть свою жизнь. Но вот получится ли? Исааз защищает меня, поддерживает. Но я все больше утверждаюсь во мнении, что он не желает возвращения моей памяти. И это настораживает.

Раздался стук в дверь. Наверное, прибыли служанки, чтобы помочь одеться перед церемонией. Бесик с недовольным рыком соскочил с кровати, следом исчез в черной дымке.

— Войдите.

Дверь распахнулась, но пришли не служанки. Исааз предстал в белоснежной мантии и собранными в двойную косу волосами. Синие глаза смотрели хмуро, чуть обеспокоенно.

— Я еще не одета, — поправила на себе халат, надетый поверх ночной сорочки.

Одежда не была откровенной, да и я не испытывала смущения. Может, в прошлом я одевалась смелее, а поцелуи не вызывали столь противоречивых чувств? Меня тянуло к Исаазу. Пусть я и не знала ничего о нем. И в то же время я опасалась его посягательств.

Чувство неправильности не отпускало каждый раз, когда он прикасался ко мне не так, как следовало бы другу.

— Я хотел проведать тебя.

— Все хорошо, — заверила его я, нервно улыбнувшись.

— Переживаешь? — он подошел ко мне, заглядывая в глаза, сжал плечи ладонями.

— Немного.

— Не стоит. Церемония пройдет по плану. Тебе ничего не угрожает, — он провел костяшками пальцев по моей щеке.

А я отступила назад. Мне на сегодня и так достаточно волнений.

— Что-то не так? — спросил недовольно.

— Мне надо собираться."

"Снова раздался стук в дверь. И на этот раз пришли служанки. Они несли в руках мои платья. Белоснежное из тонкой ткани и синее, расшитое серебряными нитями и драгоценными камнями. Настоящее произведение искусства.

Исааз оставил меня. А я постаралась сосредоточиться на насущных делах. Мне уложили волосы в довольно простую прическу, чтобы можно было без труда надеть корону. Даже наложили макияж.