Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Безусловно, мужчины еще увлечены решением вопросов, но мама… Мама уже могла освободиться. А встречаться с ней мне не хотелось совершенно.

Поэтому я изменила направление и пошла на крышу. На открытом пространстве в легком платье оказалось холодно, но оставался чердак. Там было уныло, пыльно и безлюдно. Лучшее место. Там никто не будет меня искать.

Я забралась на старый, заваленный сломанными стульями и пыльными шторами диван и обхватила себя руками. Тут тоже было не жарко. Долго не просижу. Надо было взять у Сильха куртку.

Сегодня я что-то плохо соображаю. Но холодный воздух проветрит голову, и, возможно, я уговорю себя вернуться в комнату. Вдруг мамы там нет? Или есть, но кроме нее, например, еще и Зейна. Не может же подруга променять меня на халявные угощения… Или все же может?

Такие мысли не давали думать о главном: о Натаниэле. И это было хорошо. Пока я могла испытывать только злость. И где-то глубоко под ней – едва ощутимое тепло.

Элоиза появилась неожиданно и впервые – днем. Она выглядела испуганной.

Полупрозрачная фигура слегка подрагивала, а лицо было белее, чем обычно.

– Рина, тебе лучше уйти, – торопливо сказала она и испуганно оглянулась через плечо, словно ее кто-то преследовал.

– Почему? – удивилась я.

– Мне не нравится, что ты тут.

Она поежилась и обняла себя руками за хрупкие прозрачные плечи.

– Что случилось? – Я не скажу, чтобы сильно доверяла призракам-параноикам, но было видно, что Элоиза действительно встревожена.

– Он идет…

– Кто он? – спросила я.

– Тот, кто меня убил! Уходи скорее! Пожалуйста! Я не хочу, чтобы ты пострадала!

– А кто он? – не удержалась я. Возможно, это был единственный шанс выудить из Элоизы имя ее убийцы. Она ведь знала его, просто при переходе в бестелесное состояние забыла.

– Не знаю… Боюсь, когда я его вспомню, будет поздно.

– Поздно для чего? – уточнила я.

– Для тебя, – шепнула она и исчезла.

Я не стала дальше медлить и кинулась к выходу, но за моей спиной скрипнула дверца, ведущая на крышу. Я резко развернулась, но не смогла разобрать, кто там.

Мне в лицо полетела мерцающая вспышка. Я не успела закрыться от заклинания и, оглушенная, осела на пол.

НатаниэльЭто был самый дурацкий, позорный и длинный день в моей жизни! Натворить столько глупостей не смог бы и первокурсник боевой академии. Тем обиднее было то, что их совершил гранд-мэрш. Определенно следователь и охранник из меня значительно лучше, чем жених. В делах сердечных, как выяснилось, я не смыслю ничего.