Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Джозеф присмотрел себе несколько фолиантов, которые прочтёт в первую очередь.

Он остался доволен своим кабинетом и отправился изучать ещё одну комнату, которая тоже его весьма интересовала — кухню. Джозеф любил и умел готовить. Страсть к кулинарии, в отличие от страсти к книгам, совершенно никак не была связана с его даром. Это увлечение передалось Джозефу от отца, который тоже любил кулинарные эксперименты. О том, что Джозеф под настроение может приготовить что-то немыслимо вкусное, знали только самые близкие. И они беззастенчиво этим пользовались.

Вот и сегодня Джозеф ждал гостей. К нему обещали заглянуть его кузены — Энтони и Ян. С момента появления в академии у Джозефа ещё не было возможности пообщаться с братьями в неформальной обстановке — всё на бегу, всё по делу, всё в окружении посторонних людей.

Когда обсуждали втроём, где лучше провести совместный вечер, кузены в два голоса предложили встречу у Джозефа. Кто бы сомневался. Ждут, что он приготовит к их приходу что-нибудь из арсенала своих коронных блюд.

"Джозеф был не против обеспечить их холостяцкой компании холостяцкий ужин. Он уже побывал на местном рынке и купил всё необходимое. Кузены, наверняка, оценят каре ягнёнка под соусом из кисло-сладких андоузких трав. Перед запеканием он выдерживал мясо в гранатовым соке со специями. Это придавало каре особый тонкий аромат. Ещё ни один человек, кто пробовал это блюдо в исполнении Джозефа, не мог остаться равнодушным.

Он не любил повторяться и каждый раз вносил в рецепт что-то новое, но сегодня решил не экспериментировать.

Его немного беспокоила метка на бедре — мешала творить. Но результатом Джозеф всё равно остался доволен. Уже только по одному аромату было понятно, что блюдо удалось.

Первым на холостяцкий ужин пожаловал Ян. Вроде бы они уже виделись сегодня в академии, но обнялись и похлопали друг друга по плечам так тепло и азартно, будто вот только сейчас наконец-то и встретились по-настоящему. Там, в академии, Ян был ректором от макушки до носков туфель, профессором, педагогом, грозой студентов.

Но сейчас он улыбался, и сразу почувствовалось, что он нисколько не изменился с тех времён, когда они сами были студентами.

Хотя нет…

Что-то изменилось…

— Вижу, тебя можно поздравить с помолвкой? — слова вырвались у Джозефа сами собой.

Ян опешил.

— Как? Ты уже знаешь? От кого? Мы пока не афишируем наших отношений.

— Ни от кого, — успокоил Джозеф. — От тебя так фонит. Трудно не заметить.

Менталисты могут тонко чувствовать близких людей.