Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове) читать онлайн

Саблин открыл дверь.

— Вам кого?

— Вы Саблин? — извиняющимся тоном спросил толстяк; в руке он держал небольшой белый саквояжик.

— Да, а вы?

— Я из поликлиники, врач Гусинский, мой сын ходит к вам на тренировки.

— Не помню. Откуда вы знаете мой адрес?

— Узнал у сына. Я психотерапевт…

— Очень приятно. Покороче, пожалуйста, я тороплюсь.

Толстяк вспотел, принялся вытирать лоб и лысину скомканным носовым платком.

— Дело в том, что ваш друг Прохор Смирнов обращался к нам за консультацией и пропал.

— Какой ещё консультацией? — нахмурился Саблин.

— Он жаловался на галлюцинации, связанные с математикой. А вам не жаловался? — толстяк упёрся взглядом в глаза Данимира.

Тот понял, что Охотники, о которых говорил Прохор, продолжают его искать. Толстяк-врач в настоящий момент врачом не был, он искал жертву.

— Никогда! — мотнул головой Саблин. — Прохор очень спокойный и уравновешенный человек, ни о каких его видениях мы никогда не говорили. А он точно к вам заходил?

— Можете не сомневаться, — прижал пухлую руку к груди толстяк.

— Понял вас, — сделал озабоченное лицо Саблин. — Дайте визитку. Как только найду Прохора, сразу перезвоню. По моим сведениям, он уехал на юг.

Толстяк порылся в кармашках, потом открыл саквояжик (Саблин заметил лежащее там полотенце, резиновую шапочку и нечто, похожее на стетоскоп), достал визитку.

— Звоните, случай серьёзный.

Повернувшись, он начал спускаться по лестнице, минуя кабину лифта, хотя Данимир жил на седьмом этаже и легче было бы использовать лифт.

Саблин вернулся в квартиру, позвонил Михаилу:

— Привет, строитель новой жизни. Что нового, как постоялец, не хандрит?

— Тихий очень твой дружок, больше лежит, читает или спит.

— Никто им не интересовался?

— С тех пор как вы уехали — никто.

— А полиция?

— Уберёг господь. Скоро приедешь?

— Возможно, завтра, с делами управлюсь, уговорю Варвару не уезжать, а то она в Москву собралась, и приеду. До встречи, Михась. Не забывай, что за ним надо присматривать и по возможности одного никуда не отпускать."

"— Да он никуда и не рвётся, по лесу разве что бродил пару раз. Не боись, Тимофеич, всё будет тип-топ.