Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове) читать онлайн

Снова объявился вездесущий Прыщик.

— Хочешь посмотреть на иконостас?

— На кого?

— Я вывел на панель девчонок, есть просто закачаешься экземпляры!

— А-а… нет, не хочу.

— Смотри, пожалеешь. Кстати, ты обещал дать лекцию по числонавтике.

Костя убежал.

Прохор ещё какое-то время изучал корпус вертолёта в растворе дисплея, созданный программой из цифр, затем решительно выключил компьютер и направился к начальнику.

У Рельсина в кабинете сидели посетители, мужчина и мальчик лет десяти.

— Чего тебе? — недовольно оторвался он от беседы.

— Извините, Марк Ермолаевич, мне нездоровится, можно уйти?

— Работу закончил?

— Можете посмотреть.

— Хорошо, если не в силах досидеть до конца рабочего дня, то иди.

— Спасибо.

— Позвони вечером.

— Безусловно. — Прохор закрыл дверь и с облегчением вздохнул.

Несмотря на любовь к либерализму, Рельсин был жёстким руководителем и редко баловал своих подчинённых.

Мимо модуля Прыщика Прохор пробрался крадучись, на цыпочках.

Закупив в магазине продуктов на пару дней: хлеб, кефир, молоко, сметану, яйца, овощи и фрукты — бананы, Прохор расположился дома в гостиной и приник к компьютеру, кликнув в Интернете слово «формология».

Сведений о науке в Сети оказалось не много. Ею занимались всего два коллектива энтузиастов: один в Харькове, второй в столице Дании, Копенгагене.

Харьковчане ещё в начале века издали монографию по формологии под названием: «Введение в формологию.

Датчане пошли дальше, назвав своё учение «Теорией формологического развития Вселенной», разместили в Сети расчёты и постулаты учения, но и они не опубликовали достаточного количества сведений о формологии и о своих успехах.

Из прочитанного Прохор уяснил главное.

Первое: формология объединяла миры чисел и миры форм.

Второе: форма объектов натурально определяла особенности состояния материи."

"Прохор знал об этом эффекте формы, но не представлял, что геометрия физических объектов настолько «вмешивается» в физику Мироздания.

И ещё он убедился в том, что сооружение многогранников — дело не только интересное, но и полезное.