– Как что?! Сегодня школьный совет! Я же тебе сто раз говорила! – громко сообщила девочка. – Ты, как президент, должен на нем быть! Ярослав, возвращайся назад! Тебя все ждут!
«Подождут», – злобно подумал парень, который всеми фибрами души ненавидел как совет школы, так и свою мерзкую президентскую должность, на которую он попал этим сентябрем из-за сборища идиотов под названием «мой родной класс».
По недавно созданной традиции, каждый год ученики школы № 8 выбирали себе президента-старшеклассника. Десятые и одиннадцатые классы представляли по одному кандидату на выборы, а вся школа после двухнедельной предвыборной кампании выбирала себе президента.
Зачем директору и его администрации понадобились эти игры в демократию, Яр не знал – если только для статуса школы, считающейся одной из лучших в городе. «Вот, смотрите, у нас есть свой президент и даже совет школы, которые решают самые разные, чаще всего несуществующие проблемы, аха-ха-ха», – как-то так думал обо всем этом Зарецкий."
"С одной стороны, в том, что Яр стал президентом, конечно же, была и доля его вины, и парень сам это прекрасно осознавал.
Он так долго и старательно строил себе определенный имидж – имидж прекрасного, доброго, светлого и чистого принца в глазах одноклассников и учителей, а также всех, кто не был его друзьями, что когда в сентябре в их 11-м «Г» встал вопрос, а кого же, собственно, представлять от их класса на почетную должность президента, то ответ был почти единогласным – Ярослава Зарецкого, обязательного ученика, вежливого парня, настоящего друга, заботливого сына и просто творческую личность.
Инициативу, конечно же, поддержала Светлана Викторовна – классный руководитель 11-го «Г», которая души не чаяла в Ярославе. Друзья Зарецкого, прекрасно знающие его истинную натуру, со смеха умирали, когда злобный, красный и растрепанный Яр орал, как сумасшедший, дома у Шейка, устроившего тусовку для своих, что он ненавидит эту поганую школу и всех этих недоразвитых и ущербных, проголосовавших за него на выборах. Совершенно неожиданно для себя Яр Зарецкий стал президентом школы, который постоянно должен был оставаться после уроков и заниматься какой-то, по мнению парня, несусветной чушью вместе с болванами из школьного совета.
С одной стороны, ему, конечно, все же было лестно, а с другой, Ярослав просто волком готов был выть, когда сидел в импровизированном зале заседаний вместе с кучкой, как он считал, ботанов, зациклившихся на учебе и играющих в большую политику с маленькими детьми.
