Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Вы спите? — спросила Анна Степановна.

Марья Сергеевна открыла глаза.

— А ведь он приходил, — сказала Анна Степановна.

— Кто?

— Да ваш этот… летчик!

Марья Сергеевна села на постели.

— Приходил? — переспросила она почти с испугом. У нее шумело в ушах. Весь тот счастливый покой, в котором прожила она вечер, разом покинул ее.

— Приходил и сидел у меня с утра до обеда и разговаривал. Про вас спрашивал и про детей. И я ему рассказывала.

— Что ж вы ему рассказывали?

— Всё.

— Всё?

— Что дети в лагере, а вы уехали со школой.

— Со школой? Да ведь я не уехала со школой!

— Я так тогда думала…

— А больше он не приходил?

— Что ж ему приходить… Он ведь думает, что вы за Вологдой.

Шаркая, шлепая и бормоча, Анна Степановна ушла к себе в комнату. «А всё-таки он был здесь!» — думала Марья Сергеевна.

Глава вторая. Майор Лунин

Константин Игнатьевич Лунин, инструктор лётной школы в одном из городов на юге России, с первого дня войны настойчиво требовал, чтобы его направили на фронт. Это был плотный, крепкий человек средних лет, с ясными голубыми глазами на широком лице, уже лысеющий — «заездами» со лба, в виде буквы «М».

В авиации он работал смолоду, налетал множество километров, обучил сотни летчиков, многие из которых уже успели прославить свои имена. Людей, умевших обучать летчиков, на фронт отпускали неохотно. Но он был упорен, и с желанием его посчитались. После короткого пребывания в запасном полку он в конце августа был назначен в морскую истребительную авиадивизию на Балтику.

Направление в часть Лунин получил в Москве. При аттестации ему дали звание майора — вероятно, учли и его участие в гражданской войне и его высокую лётную квалификацию. В черной фуражке, в непривычном кителе с золотыми нашивками на рукавах, с чемоданом в правой руке и свернутой черной шинелью подмышкой левой руки, он направился на Ленинградский вокзал, потому что только в Ленинграде должны были ему сказать, где находится его дивизия.

Вагон, в который комендант усадил Лунина, был набит военными, но все они направлялись недалеко — в большинстве не дальше Калинина.

Многие утверждали, что дальше Калинина поезд не пойдет, так как путь там поврежден бомбардировками.

— Вам, товарищ майор, лучше бы через Вологду ехать, — говорили Лунину. — Дорога Вологда — Ленинград работает безотказно, там поезда еще по довоенному расписанию ходят.

Однако поезд, постояв в Калинине несколько часов и сменив почти всех пассажиров, пошел дальше.