Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Святослав начал затравленно озираться по сторонам. Бойцов с ним больше. Но часто в реальных боях количество одаренных уступает качеству. Если у врага больше Мастеров — всё. Пиши пропало.

«Как там отец… Всё ли в порядке дома?»

Сжав кулаки, Святослав выпрямил спину и произнёс:

— Я понял тебя, Шарыпов. Я поеду с тобой в кремль, если ты пообещаешь, что с моими людьми ничего не случится.

— Я могу лишь обещать, что до суда их никто пальцем не тронет, если они не начнут провоцировать моих товарищей, — ровным тоном проговорил эсбэшник.

— А ещё я верю, что суд великого князя будет справедливым. Если все вы раскаетесь в своих заблуждениях и будете готовы делом доказать свою преданность великому князю Андрею Михайловичу, наказание будет смягчено. Если же вы продолжите свой мятеж — вас ждёт только смерть.

«Ну вот, так уверенно говорит о мятеже. Похоже, мы проиграли, они все знают…»

— Идёт, — твёрдо ответил пока ещё великий княжич Тверской, Святослав.

***

Ратники распахнули ворота, и мы с великим князем вышли из-за кремлёвских стен.

Ещё трое могучих Мастеров, обвешанных артефактами, следовали за нами по пятам.

— …князь…

— Это великий князь…

— Хвала богам, с ними всё хорошо…

Отовсюду слышался возбуждённый шёпот и наших воинов, и тех, кого привели мятежники. Совсем недавно тут развернулась битва, так что группы бойцов отчасти перемешались друг с другом.

Однако все расступались перед нами."

"Я чувствовал, как бурлят эмоции внутри моего старого слуги.

Он плохо с ними справлялся, и зародыш Ауры древнего рода Оболенских выплёскивался наружу через каждую пору на его теле.

И люди чувствовали мощь древнего рода.

— Ваша светлость, ваш приказ выполнен! — отрапортовал Илюхин, выйдя вперёд и склонившись в поясном поклоне.

Остальные «наши» будто очнулись от сна, послышался шелест одежд, и бойцы тоже склонились.

«Не наши» замерли в изумлении, не понимая, что делать.

Кое-кто из них замерли в полупоклоне.

— Благодарю, Руслан, — проговорил великий князь, походя коснувшись ладонью плеча Илюхина, — отличная работа.

Послышался грохот — это каменный подиум, на котором стоял Малосильный, «поехал» вниз, опуская на землю своего создателя.

Однако следующим к нам обратился не генерал-лейтенант.

Двое Оболенских вышли вперёд и остановились напротив великого князя. Третий, старик Василий Аркадьевич Оболенский, не имевший титула великого княжича, держался позади Мирослава и Сергея.