Когда возникала такая надобность, все смотрели на Костика: он хмурился, тяжело вздыхал, но все же соглашался.
Так, пробыв в школе хорошистом и общественником, Константин получил приличный аттестат и великолепные характеристики. В отличие от остальных он не думал заранее, куда пойдет учиться после школы. Институт выбирался не по призванию, а за отсутствием такового. Родители, учителя и все, кто его знал, не сомневались, что, куда бы он ни пошел, у него все получится. Сейчас Тарханов уже и не помнил, почему выбрал именно строительный институт.
Когда после первого курса он понял, что ему предстоит стать строителем, отнесся к этому ровно – нормальная работа, ничем не хуже остальных. Лекции он не пропускал, аккуратно писал конспекты, сдавал зачеты и экзамены и двигался по общественной лестнице. В свое первое студенческое лето Костя стал одним из руководителей стройотряда. Общественная и руководящая деятельность в школе не прошла для него даром, он становился незаурядным психологом. Одни делили окружающих на парней и девушек, другие – на успевающих и не очень, москвичей и иногородних, умных и не совсем, на тех, кто имел богатых родителей или же был обычным студентом.
А Костик отличался от однокурсников тем, что не делил товарищей на какие-то категории, а старался подходить к каждому индивидуально. Он давно понял, что выделяться особо не следует, но и смешиваться с общей массой тоже не самый лучший из вариантов. Ему, конечно, хотелось занять свое особое место в обществе, но он не собирался как-то там выпячиваться или наступать кому-то на больное самолюбие, нет – хотел только, чтобы все знали, что он, Константин Тарханов, не просто второкурсник или общественный деятель, а личность, причем личность с большой буквы.
И он работал в этом направлении по всем фронтам."
"К примеру, выбирая свой стиль общения с преподавателями, Костик делал большой акцент на свой внешний вид. Он прекрасно понимал, что в любом обществе встречают по одежке. В те годы ребята в основном носили импортные костюмы и белые рубашки с галстуком.
Нет, были, конечно же, и разные там длинноволосые хиппи, но их Костик вообще не брал во внимание. Он остановил свой выбор на скромном, всегда хорошо выглаженном костюме и клетчатой рубашке без галстука. Из обуви – обычные начищенные туфли без всякого там каучука, чтобы в глаза не бросались. В общем, увидев входящего на экзамен Константина Тарханова, большинство преподавателей охватывал острый приступ ностальгии, на что, впрочем, и рассчитывал Костик.
