Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Несколько секунд спустя я услышала, как дверь открылась, и что-то поставили перед нами. Я почувствовала запах супа, мясного бульона, возможно, и свежеиспеченного хлеба. Элиза ушла, а я нашла ложку и пыталась попасть в тарелку. Я подняла ложку, но жидкость пролилась мне на руку, которая резко дернулась.

— И чего ты такая нетерпеливая? Дай мне руку.

Его голос звучал, весьма неодобрительно."

"Я колебалась, а затем протянула дрожащую руку. Моя ладонь попала в его. Я услышала звон посуды по стеклу, а потом что-то еще холодное, скользнуло по обожженной коже моей руки, между большим и указательным пальцами.

Я зашипела от удивления, а затем застонала от того, как лед, успокаивал ожог. Через несколько секунд, он поставил кубик на поднос или тарелку, и вытер салфеткой мою кожу.

Затем, он поднял мою руку и поцеловал. Я почувствовала, как вспыхнул румянец на моих щеках.

— Что-что ты делаешь? — Спросила я, и мой голос скрипел.

— Это... — ответил он между поцелуями. — Значит, теперь ты чувствуешь себя лучше?

— Да, — я вздохнула.

Прикосновение его губ было нежным, чувственным. Лед успокоил ожог, оставив слабое покалывание, а затем его губы прошлись по моей коже, теплые и влажные, и я не могла остановить дрожь, не могла остановить вырвавшийся стон. Его губы прошлись по пальцам на моей руке, совсем не успокаивающе. О-О, Боже. Он поцеловал мою руку? Никто не целовал мне место, которое болело, когда я была маленьким ребенком. Моя мать никогда не делала ничего подобного, даже в ее лучшие дни. И мой отец, хорошо, он был достаточно любящим, но часто отсутствовал, так как много работал.

Теперь поцелуи, переместились дальше моих пальцев. Я сглотнула комок в горле, но все никак не могла отдышаться. Еще один поцелуй, на моей руке. Он повернул ладонь, и его губы коснулись центра моей руки. Мои пальцы невольно коснулись его верхней губы, потом дотронулись до его носа. Его кожа была настолько теплой, мягкой, не грубой, совершенное противоречие мужественности. Губы скользнули на мое запястье. О, боже, О Господи, вот дерьмо.

Прикосновение его губ было... подавляющим, нежным, сладким, настойчивым, и почти эротическим. Я задыхалась от неглубоких вдохов, когда его губы целовали мои предплечья, это, наконец, произошло. Я застонала. Я не могла остановиться, не могла поверить, что это произошло. Звук был, хриплым и чувственным. Я скорее ощутила, чем услышала, его стон в ответ, и он поцеловал внутреннюю сторону моего локтя, место, где никто никогда прежде не касался поцелуем.