А когда Сычев закончил университет, его бывшие подельники уже освободились и снова привлекли его к сотрудничеству – но уже в качестве адвоката. Да, Сычев действительно очень хитрый и изобретательный человек. А может быть, и его смерть в 1992 году – это только инсценировка?!» – новая мысль оказалась настолько неожиданной, что Павел даже прервал свои рассуждения, встал из-за стола и несколько раз прошелся по кабинету из конца в конец."
"«Весна 1992 года, – продолжил размышлять он, вернувшись за свой рабочий стол, – не так уж много времени прошло с тех пор.
Я должен помнить, что тогда происходило в столице. – Полковник напряг свою память, мысленно возвращаясь на восемь лет назад. – В начале этого года между солнцевской и люберецкой криминальными группировками вспыхнула настоящая война, – вспомнил он, – которая закончилась гибелью лидеров той и другой группировок. – Чернышов вспомнил даже обстоятельства гибели обоих преступных авторитетов. – Солнцевский лидер был убит вместе с двумя своими телохранителями в офисе одной из принадлежавших ему фирм, а люберецкий – у себя на квартире.
Не имел ли отношение Юрий Сычев к одной из этих смертей – или к обеим сразу? Если это так, тогда понятно и его желание исчезнуть из столицы. Чтобы запутать следы, он вполне мог пойти на то, чтобы инсценировать свою смерть! – Павел вновь перечитал заключение медицинского эксперта о смерти Юрия. – Так и есть! В машине Сычева обнаружили обгоревший мужской труп. Тело было опознано по наручным золотым часам Юрия и по правам, найденным у машины.
Как я сразу не догадался! – упрекнул себя Чернышов. – Ведь опознать сильно обгоревший труп практически невозможно. Как правило, его идентифицируют по сохранившимся фрагментам одежды или личным вещам. Права лежали у машины. Чтоб не сгорели, сам подбросил? Значит, ты не погиб весной 1992 года. Ты сбежал в Боснию, в лагерь военных наемников, чтобы потом превратиться в Раптора», – подвел итог своим рассуждениям Павел, мысленно беседуя с террористом.
Он закрыл папку с розыскным делом и убрал ее обратно в сейф. «Но ты ведь не можешь появиться в Москве как Раптор, – подумал Чернышов, опять представив себе убийцу. – Тебе нужны документы прикрытия. Под каким именем ты скрываешься теперь? Вряд ли ты воспользовался своим настоящим паспортом. С 1993 года ты живешь по чужим документам и под чужими именами. Среди всех твоих поддельных паспортов наверняка найдется несколько российских.
