Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Просить же самого Ардена казалось бессмысленной идеей. Гордость наследника рода не позволит ему принять помощь от слабой халцедоны.

В коридорах было пусто. Я шла, не беспокоясь, что меня могут заметить, и потому не прятала эмоций: хмурилась, кусала губы и все пыталась найти решение. А если поговорить с кэллером? Кажется, он лоялен к роду Шантар. Но тогда остается вопрос: согласится ли упертая горгулья выдать книгу хранителю артефактов?

Мысли затянули настолько, что, погрузившись в них, я едва смотрела под ноги.

Когда впереди вытянулся темный зев перехода, я не успела среагировать и по инерции сделала еще один шаг. В переход.

Чувство падения, щекотка по коже, мурашки — эмоции пронеслись вихрем и тут же схлынули, едва я ступила на устланный деревом пол. Я быстро огляделась. Отметила стол на резных ножках, стул перед ним, шкаф со стеклянными дверцами, сквозь которые виднелись книги и свитки; вытянутый комод, карту Лунной империи над ним, два кресла и небольшой диван в центре, круглый столик между ними… и сидящего в одном из кресел Ардена Шантара.

Без сомнения, я оказалась в гостиной его покоев. И от осознания этого все внутри меня заледенело.

— Для сэлы дерзость — находиться в комнатах артиэлла… наедине, — добавила я тише, ловя на себе колючий взгляд.

— С Морроу тебя это не остановило, — слова сорвались с чужих губ, словно ядовитые капли. Я даже невольно глянула вниз, желая убедиться, что темно-синий ковер не задымился и не расползся огромными дырами.

После чего вновь посмотрела на Ардена.

Океан его глаз застыл, точно подернутый льдом. И кажется, я впервые видела, чтобы холод настолько глубоко выморозил бездонные воды. В груди шевельнулось неосознанное желание объясниться, успокоить, вернуть стылой поверхности привычную рябь… Но я знала, что не имею права поддаваться слабости."

"— Ты избегала меня, — в голосе Шантара тот же холод, что и во взгляде. На губах — яд. — Почти два месяца ты избегала меня… и все это время ты была с Морроу.

Скажи, — колдун поднялся, и мне стоило огромных усилий не отступить, — неужели ты совсем не чувствуешь?

Он приближался медленно, плавно, но вместе с тем — неотвратимо. Вокруг его тела змеился ощутимый флер опасности.

— Неужели не чувствуешь этой разрастающейся пустоты? Неужели вот тут, — мне на грудь, ровно над солнечным сплетением, опустилась ладонь, — не болит?

Я попыталась разорвать бесстыдное прикосновение, но Шантар не позволил.