Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Бастард допил кофе, и я вступил в разговор в надежде немного притушить разгорающийся пожар.

— А вы, Нана? Почему вы едете в Боржоми?

Ее глаза сузились. Я знал, что не нравлюсь ей; я лишь надеялся на то, что мне неизвестна причина."

"— Вы, наверное, не слышали, потому что это всего лишь местный случай, а не часть большой картины… — Она посмотрела на Бастарда, но он явно не уловил ее иронию. — Чуть больше недели назад боевики уничтожили более шестидесяти женщин и детей в поселке, который называется Казбеги…

Я уже когда-то видел такой же взгляд.

У Хэйзл и Джули однажды.

Нана пыталась успокоиться.

— Семья фермера из Боржоми потеряла там своего единственного ребенка. Маленькую девочку. Ей было всего семь лет…

Она снова сделала паузу.

— Мы были с ними в субботу. И мы возвращаемся, потому что они хотят выступить в прямом эфире и рассказать нам, как это — жить под тиранией Акаки, лидера боевиков. Он не борец за свободу; он своекорыстный, деспотичный головорез. Эти бедные люди живут в страхе. Но эта пара — они достаточно настрадались.

Бастард лишь рассмеялся.

— И что же мамочка с папочкой собираются делать? Они думают, что им удастся изменить мир? Они думают, что Акаки испугается и убежит? Идиоты, да они ведь просто подпишут себе приговор. Чертовы придурки. — Он кивнул в сторону Кобы. — Разве это неправда?

Коба поерзал на своем сиденье. Он явно услышал имя Акаки, и это ему совершенно не понравилось.

Теперь уже Бастард просто себя не контролировал. Он не мог остановиться.

— Этот Акаки… ребята, за эти годы он доставил нам много головной боли.

— Головной боли? Головной боли? — Нана покачала головой от изумления. — Да, думаю, вы можете это так называть… Вы слышали что-нибудь об убийстве Зураба Базгадзе?

Она говорила с ним, но у меня появилось ужасное ощущение того, что этот вопрос был адресован мне.

— Этого «святого парня», да? Того, кто пытался встать на пути у нефтепровода?

— Имея очень серьезные на то причины. — Она посмотрела на Кобу. Выражение ее лица должно было означать, что ему не нужно было беспокоиться о том, оторвать ли Бастарду голову.

Теперь она сама это сделает в любую минуту. — Возможно, вы слышали, что структура грунта здесь очень ненадежна. Это предположительно географически очень сложный район, особенно неустойчивый к оползням и землетрясениям. В случае проведения здесь нефтепровода появляется риск катастрофического повреждения окружающей среды.

— Зураб знал, что это разорило бы природные ресурсы.