Слабые винят других, а сильные создают свою судьбу сами.
Часть III. Первое задание
Глава 1. Первое задание
/Спустя 4 года/
Лёгкие горят огнём так, будто их вот-вот разорвёт, но это не мешает мне концентрироваться, а наоборот помогает. В последние годы только это и помогает мне… помнить.
Дженнифер Рэтклифф. Почему мне важно помнить это имя? Кто это? Дженнифер, Дженнифер… В памяти встаёт изящная темноволосая фигурка, которая зовёт меня завтракать. На стол уже накрыто, во всей квартире приятно пахнет яблочным пирогом.
Девочка чуть младше шутливо отталкивает меня в сторону и усаживается на мягкий диванчик с громким возгласом: «Я первая! А значит, и кусок выбираю первой! Мне вон тот, с румяным боком». Женщина смеётся и отвечает: «У меня подгорело с той стороны. Диана, давай лучше корку обрежем, и я тебе черники вместо неё насыплю?». «Нет, хочу корочку, чтобы хрустело! Я что, зря бежала сюда?» – возмущается девочка и смешно морщит носик.
Квартира? Не каюта? Пирог? Не безвкусное синтетическое пюре? Откуда эти воспоминания? Кто эта женщина? Почему я не могу вспомнить ни её имени, ни лица?
Голова начинает кружиться от недостатка кислорода, но именно это и даёт мне новый толчок.
Мама. Папа. Младшая сестра! Когда-то я могла нарисовать даже их лица, но сейчас помню лишь то, что они у меня есть. Точнее, были у Дженнифер Рэтклифф. Особый Отдел, не церемонясь, запрограммировал наноботов так, чтобы я забыла свою прошлую жизнь.
И, возможно, у них это получилось бы, если бы не адмирал Нуаре. Его лицо я способна вылепить из гипса или глины с закрытыми глазами, даже если меня разбудят среди ночи. По иронии судьбы, именно адмирал Даррен, заключивший контракт на меня с Особым Отделом, является той самой тонкой связующей нитью с прошлым. Ведь мне никто не приказывал забывать его в той жизни, и я его знаю в этой.
Я чувствую, как верхняя часть туловища начинает непроизвольно подёргиваться в мелких судорогах – первый признак того, что в крови скопилось слишком высокое количество углекислого газа.
С каждой секундой опасная концентрация растёт. Организм сам начинает пытаться избавиться от вредного газа – накатывающие конвульсивные сокращения мышц вокруг лёгких пытаются спровоцировать вдох свежего воздуха. Но это не то, что мне сейчас нужно, совсем не то. Колоссальной силой воли я подавляю эту судорогу и вновь погружаюсь в пучину воспоминаний.
