Разумеется, он ничего не сообщал ей ни о подозрительной женщине, похожей на Розалию, ни о своих сомнениях и терзаниях, обуревавших душу молодого человека. Мать прислала письмо, значит, ей все же что-то стало известно. Сергей раскрыл конверт, уже предполагая, что именно он прочтет. И он почти не ошибся.
«Сереженька, милый мой сын! Ты подивишься моему письму. Откуда я могу знать твой адрес? Любящая мать всегда найдет выход. А впрочем, к чему нелепые тайны? Госпожа Бархатова была столь любезна, что поделилась со мною твоим секретом.
Ты снова удивлен? Да, разумеется, мое мнение о ней, как о сомнительной особе, не изменилось. Я всегда писала тебе, Сережа, что меня чрезвычайно удручает твоя связь с этой женщиной. Однако она теперь не кажется мне столь ужасной. Более опасным представляется мне твое странное поведение, то внимание, опека, которую ты оказывал подозрительной горбунье, убийце несчастного Анатоля! Отчего ты решил, что это Розалия Киреева? Да если это даже и так, что с того? Неужто ради нее тебе стоит губить свою карьеру, бросать все и нестись бог знает куда, бог знает зачем? Я не пойму тебя, Сережа! Ты пугаешь меня, мое сердце трепещет, когда я думаю обо всем этом.
Я полагала, что история с гувернанткой давно закончена и забыта. Я думаю, что ты уже преодолел свою юношескую влюбленность и способен делать разумные выводы. Прости мое морализаторство, но я в отчаянии. Разумеется, ты взрослый, самостоятельный человек, но ведь я – твоя мать! Когда я узнала, что ты оставил практику, своих клиентов (а мне ты не писал об этом!), я сочла необходимым приехать к тебе.
Даже мой почтенный супруг хотел отправиться вместе со мною, полагая, что мне понадобится его помощь и поддержка. Но мне не хочется его волновать. Одним словом, я прибыла в Петербург, а тебя уже и след простыл! Не обессудь, мой милый, но я жду тебя в твоей квартире, ожидаю каждый день и каждый час.
И, как оказалось, не одна я! Почти каждый день является госпожа Бархатова. В первый раз, обнаружив меня в твоем доме, она казалась неприятно удивленной. Да и я тоже, так как сия дама вела себя весьма вольно, словно в собственном доме. Поняв, что я намерена прогостить тут долго, она даже вроде бы огорчилась. И, тем не менее, она приходит и постоянно осведомляется о тебе. Сначала она показалась мне чрезвычайно вульгарной.
