Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Потом подумал, что уже можно идти смотреть, но вовремя вспомнил, что у меня помощник объявился. Перемещаться, зная, что есть еще какой-то вооруженный товарищ, не хотелось. Вдруг перепутает и долбанет? Мы ведь тут все в белых штанах, как в Рио-де-Жанейро.

Почему-то мне казалось, что в дело вмешался Сарториус. Не очень верилось в пальбу сеньориты Рохас. Поэтому я осторожно позвал:

— Компаньерос!

— Я одна, — ответила Лусия по-испански. — Это ты стреляла?

— Да.

— Не стреляй, я сейчас посмотрю, что с этими… Я гнал из головы дурную мысль, что там может быть какой-то «третий неучтенный», и подбирался к покойникам кружным путем, чтоб не попасть в конус света от моего фонарика.

Второй фонарик, доставшийся от Трофима, я взял с собой и посветил им лишь тогда, когда убедился, что поблизости, кроме успокоенных стрелков, никого нет.

От убиенных мне прежде всего требовались лыжи и жратва. Не стал отказываться и от одного «АКС-74» (второй был мне на фиг не нужен), а также от всех восьми магазинов (два были наполовину опустошены), которыми располагали бойцы.

Личных документов у них, само собой, не оказалось, зато имелась чуть замаранная кровью карта-полукилометровка. Такой у меня не было даже на заимке, перед началом экспедиции. Что касается жратвы, то у покойных был один малоразмерный рюкзачок типа тех, что носят за спиной юные тусовщики, шляющиеся по Руси в поисках рок-концертов и приятной компании. В рюкзачке обнаружилась банка тушенки, кусок соленого сала, ржаные сухари и солдатская фляга со спиртом.

"Можно было перекусить, даже хлебнуть — хотя последнее лучше на морозе не делать! — наконец, попробовать сориентироваться по карте. Компас тут не помог бы, но звезды были видны неплохо, если смотреть от края кратера, где не мешали верхушки деревьев. Но оказалось, что времени у меня на это нет.

Должно быть, пальбу на вершине «Котловины» было слышно очень издаля. Четыре ствола работало, из них три — автоматическим огнем. Два теперешних покойника были не то разведкой, не то дозорной группой соловьевцев.

Сорокинцев я бы узнал в лицо. И, как видно, основная команда находилась не так уж и далеко, потому что довольно близко хлопнул выстрел и красная ракета прочертила небосклон.

Какой ответ должны были дать убиенные, спросить я не мог. А рация «Тамагава», висевшая на заду у одного из них, пищала:

— Ку-ку, Гриня! Отвечай, биомать!

Карту и магазины — в карманы, рюкзак — на грудь, автомат — на шею, одну пару лыж — на ноги, вместо снегоступов.