Уловил? То есть ежели не станешь соблюдать кое-какие правила, то пропадешь наверняка, а если будешь соблюдать, то, может быть, и не пропадешь. Но можешь и пропасть, вот так. Лучше слушай и наматывай на ус.
— Ясно. Слушаю.
— Так вот. «Черный камень», сразу тебе скажу, самое опасное, что тут есть. Хочешь верь, хочешь не верь, но именно от него, по-моему, тут все и творится. Дед Кислов, если на то пошло, считал, что он к Сатане имеет отношение. Понимаешь?
— Не очень… — пробормотал я, вспомнив, однако, что Майк Атвуд и Тина Уильяме нашли свой Black Box в «Пещере Сатаны»…
— Сам я, конечно, не очень в это верю, потому что и пионером, и комсомольцем был, и даже в КПСС состоял.
Я, знаешь ли, не как некоторые. Врать, что уверовал, не буду. И креста не ношу, как ты, хотя знаю, что ни фига ты тоже не веришь. Мысли я, правда, как дед Парамон, читать не умею, но, на тебя поглядев, и так могу догадаться… А «Черный камень» тебя"
"насквозь увидит. И сделает с тобой то, что захочет. Потому что оставили еготут неспроста.
Все чует, все видит, все слышит. Он здешние места поставлен сторожить. И от него зависит, уйдешь ты отсюда или нет. Смотри, тезка, на карту. Вот это — восточный склон сопки «Котловина». А вот это — северный. Тут, между ними, что-то вроде сглаженного ребра. Вот тут воронка метров с полета обозначена. Сюда в тридцать шестом космический корабль этих самых «длинных» упал. И взорвался, хотя и не так, как Тунгусский метеорит, но тоже очень крепко. Обломки от него там, вокруг этой ямы, разбросаны.
И два ихних космонавта, которых чекисты на кинопленку засняли, тоже там захоронены. Кислов им там крест вытесал, хотя и не знал — можно ли ставить? И можно ли их в землю закапывать, тоже не знал, однако закопал.
— Эти самые, «геодезисты» из «Глубокого Бурения», — сказал я, — триста сорок шесть предметов нашли. И какую-то мелочь, как утверждается, здесь оставили. В металлической коробке.
— Знаю, — кивнул Лисов, — дед Парамон, когда на фронт уходил и заимку Кислову передавал, зарыл их там же, у камня.
Там было что-то на золото похожее, хотя и не золото. Что там — я в глаза не видел. Кислов сказал только, что он этот железный ящик салом топленым смазал, чтоб не заржавел, и зашил в смоленый мешок. Глубоко закопал — на всю длину лопаты. Вот это знаю. А точного места Кислов не указал. То ли не успел, то ли не пожелал. Мне с этим делом и связываться не хотелось. Это старатели всякие, золотнишники все Клондайки по тайге ищут. А у меня профиль другой.
