Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Только увидев его улыбку, я поняла, что стою, раскрыв рот, не в силах оторвать глаз от этой красоты.

— Это подтверждение того, что ты – моя пара. Я отдал тебе часть себя. Теперь кусочек меня всегда будет рядом с тобой.

— А я всегда буду вот такая вот? Фиолетовая?

Нет! Все это невероятно красиво, и даже как вечерний наряд дало бы фору всяким там Диорам и Саабам, но не могу же я ходить как елка круглосуточно.

Оушен мило сощурив глаза хмыкнул, и улыбнулся.

— Конечно нет! Когда мы будем вдвоем, ты будешь вот такой!

И теплые ладони проникли под мою накидку, медленно снимая ее с плеч, а на моей коже, мерцающей ультрафиолетовыми искорками, остались следы его пальцев.

От соприкосновения блеск кожи исчезал, возвращая ей обычный вид. И я становилась похожа на картину, на которой художник выводит узоры, макая кончики пальцев в бежевую краску.

Все мое тело стало одной огромной эрогенной зоной. Я дрожала от возбуждения и выгибалась, вслед за его руками. Он же, точно специально, сводил меня с ума своими ласками.

Земля уплыла из-под ног, и даже ощущение того, что я в космосе, не сводило с ума так, как нежность этого большого мужчины.

Не в силах больше бороться с желанием почувствовать его губы на своих, я развернулась к нему лицом, и, встав на цыпочки, коснулась пухлых теплых губ, так чувственно отвечающих на мои поцелуи.

Незаметно для себя, я начала расстегивать тугие пуговицы его кителя, которые никак не хотели поддаваться. И тогда он впервые убрал руки с моей спины и рванул полы одежды, которая с треском обнажила рельефные мышцы.

"Я вдохнула запах его теплой кожи и в очередной раз закрыла глаза от удовольствия. Как ласковая кошка я терлась о него острыми напряженными сосками, стараясь прижаться всем телом, и чувствовала каменную эрекцию, упирающуюся в мой живот. От одной только мысли что ЭТО скоро окажется во мне, я затаила дыхание.

Подхватив меня на руки, он осторожно положил меня на кровать, и навис надо мной, рассматривая как мои волосы рассыпались по черным шелковым подушкам.

— Моя? — тихо спросил он, очерчивая ключицу указательным пальцем.

В горле пересохло, и вряд ли он услышит мой ответ. Я кивнула, запуская пальцы в его волосы.

И словно получив долгожданный сигнал, Оушен припал к моим губам. Невинный поцелуй контрастировал с жадными прикосновениями к моей груди. Он сминал ее в своих ладонях, покручивал соски, а я стонала и жалась бедрами к нему.

Я была настолько поглощена чистейшим кайфом, что даже не помню, когда он успел снять штаны.